Бомба для братвы
— Направление, конечно, определено. Но, боюсь...
Это было новое для уха полковника слово. В первый раз он слышал, что его начальник чего-то боится. Насколько он знал, его начальник не боялся никого и ничего. В джунгли Центральной Африки на парашюте с одним только автоматом Калашникова, пачкой галет и приказом «умереть — но боевую задачу выполнить» сбрасывался. На полдюжины диверсантов в одиночку ходил.
Не похоже это было на боевого генерала, который не одними только штанами звезды добывал, но еще и штык-ножом в очень ближних боях.
— Боюсь, не поймут нас с тобой...
— Как так не поймут? Если разговор идет о хищении тяжелого вооружения Российской Армии в особо крупных масштабах. И о потенциальном его использовании в неизвестном нам месте.
— Понятно, что о вооружении. И что об использовании. Но ты прикинь, за какую ниточку цепляешь. И какой клубок она размотать может, если сильно потянуть. И кто от того пострадать может? Врубаешься?
Честно говоря, полковник не врубался. Он обнаружил факт хищения государственного имущества и не понимал, кто, кроме преступников, его совершивших, может пострадать в случае открытия следственных действий. Кто ворует — тот и отвечает.
— Ты вспомни события недавней истории. Когда мы из республик уходили. Или, того хуже, из Восточной Европы. Когда ту технику дивизиями оставляли. Нет. Не дадут они ход делу.
— Кто не даст?
— Тот, кто на этих уходах миллиарды наварил. И до кого следствие, пойди они по предложенному тобой пути, может дотянуться.
— При чем здесь они? И эти?
— При том! При том, что принципы работы одни и те же. И по одному и тому же профилю! Только в разных масштабах! Не трогай священную корову, если не хочешь, чтобы она тебя забодала!
Честно тебе скажу — лично я рисковать бы не стал. Лично я бы отступился. Ныряя в такое дерьмо, можно не выплыть. И уж что абсолютно точно — ордена не заслужить.
— Но ведь...
— Я все сказал. Дальше дело твое. Уговаривать не буду. Приказывать права не имею. Надумаешь двинуть рапорт в верха — передам. Решишь забыть — забуду вместе с тобой.
Не наше это дело. Понимаешь — не наше. А те, кому по чину полагается заниматься, те им не занимаются! Потому что умные! И знают, чем это может кончиться.
— А-а...
— А насчет того, что ты подумал, насчет того, что я в Африку с парашютом прыгал, так там только львы и шакалы были. И гады всякие, которые с этими гадами и шакалами близко не стоят. Там, если по-настоящему, бояться некого было. Туда бы я и сейчас согласился. В одних плавках...