Сердце ангела

— Извлеките их. Поработайте лопатой.
— Все было бы намного легче, господин Сифр, если в вы мне посодействовали.
— Простите, не понял?
— Вы почти ничем не помогли. Всем, что я знаю о Джонни Фаворите, — я обязан только себе самому. Вы не дали ни одной нити, — хотя и были связаны с ним общим делом. Вы, и этот паренек-сирота, который потрошит голубей и носит в своем чемодане череп. Не следовало скрывать от меня подобные вещи.
Сифр скрестил на тарелке вилку и нож.
— Когда я впервые повстречал Джонатана, он работал помощником официанта. Если у него и были черепа в чемодане, я не имел об этом ни малейшего понятия. Я буду счастлив ответить на любые ваши вопросы.
— Хорошо. Почему вы носите перевернутую звезду?
— Эту? — Сифр взглянул на свой лацкан. — А и правда, перевернулась. — Он аккуратно поправил ее в петлице. — Это награда от “Сыновей Республики” — одной весьма патриотической организации. Они избрали меня почетным членом… за финансовую помощь. Никогда не помешает выглядеть патриотом. — Сифр подался вперед, блеснув улыбкой, затмевающей рекламу зубной пасты. — Во Франции я всегда ношу триколор. [31] 
Я уставился на эту ослепительную улыбку, и Сифр вдруг подмигнул мне. Леденящий ужас пронзил мое тело подобно электрическому току. Я застыл на месте, завороженно глядя на него. Именно так он улыбался у подножья эшафота. Во Франции я всегда ношу триколор…
— Что с вами, Энджел? Вы, кажется, побледнели. Он играл со мной, ухмыляясь, будто Чеширский Кот. Я сложил руки на коленях, чтобы он не заметил их дрожи.
— Что-то проглотил, — пробормотал я, — застряло в горле.
— Надо быть осторожней. Эдак можно задохнуться насмерть.
— Со мной все в порядке. Не беспокойтесь. Ничто не помешает мне добраться до истины.
Сифр оттолкнул свою тарелку с остатками роскошного паштета.
— Истина, мистер Энджел, — добыча, которая все время норовит ускользнуть.