Мечта Мира

Вот пламя охватило весь костер. Вдруг Мериамун, громко вскрикнув, сорвала золотую двуглавую змею, обхватывающую ее стан и швырнула ее в огонь.
– Из огня ты явилось, Первородное Зло, – воскликнула она на языке мертвого народа, – и в огонь возвратись, ложный советник.
Реи воскликнул на том же языке:
– Дурно ты поступила, царица, что отогрела змею у себя на груди. Теперь, где будет змея, там и ты будешь!
При этих словах лицо Мериамун вдруг стало мертвенно неподвижным, какая-то невидимая сила стала медленно притягивать ее к костру. Вот уже пламя коснулось ее, и с громким воплем отчаяния она упала в костер на грудь трупа Одиссея. Змея ожила в огне и обвилась своими мощными кольцами вокруг тела Мериамун и вокруг тела Скитальца и, подняв голову, злобно захохотала.
В тот же момент костер рухнул; царицу Мериамун, Скитальца и змею – всех охватило пламя.
Еще некоторое время Златокудрая Елена стояла у костра, следя за умирающим огнем, затем опустила на лицо свое покров и, повернувшись, удалилась в пустыню, исчезнув во мраке ночи, с тихою песнью, еще долго звучавшей людям издалека.
И так она будет бродить по пустыне до тех пор, пока не вернется Одиссей.
Вот то, что я, жрец Реи, должен был рассказать людям прежде чем лечь и уснуть вечным сном в своей великолепной усыпальнице, которую я приготовил себе близ Фив. Пусть каждый мужчина прочтет и поймет эту повесть так, как ему хочется; и каждая женщина так, как боги помогут ее разумению.