Неподвластные времени

Джейсон покраснел и опустил голову.
– Нуда… назвал.
Харпер с трудом проглотил ком в горле:
– Я все время теперь гадаю, что бы это могло значить? Может быть, ты не против, чтобы я здесь… ммм, обитал?
Джейсон вздернул подбородок.
– Здесь? Дома?
– Если ты не против.
Теперь пришел черед Джейсона сделать паузу:
– А надолго?
Харпер взглянул на Анни – ее синие-синие глаза так и лучились любовью. У него защемило в груди.
– Я думал… навсегда.
Джейсон расширил глаза. С минуту он пристально смотрел на Харпера, потом взглянул на Анни и снова на Харпера.
– Без дураков?
– Без дураков. Я думал, если ты не против… я попрошу твою маму выйти за меня замуж.
– Выйти за тебя? То есть по-настоящему, с тортом, священником и всеми делами?
– Если ты не против, и если твоя мама согласна.
Сердце Анни гулко бухнуло, потом зачастило. Десять лет назад она поклялась никогда не покидать эту ферму. А теперь Харпер просит ее выйти за него замуж. Он говорил насчет того, чтобы остаться, но работа-то у него в Оклахома-Сити.
Что ж тут решать? Она не могла удержаться и широко улыбнулась.
– О, мама-то согласна, – тихо произнесла она. – Всем сердцем согласна. Когда мы переезжаем?
У Харпера такой камень свалился с плеч, что он едва перевел дух. Она сказала «да»!
Потом до него дошел смысл ее последних слов.
– Что значит – переезжаем?
– Но твоя работа… Харпер покачал головой.
– С работой все, Анни. Я вышел из игры. Я очень давно хотел этого.
– И что ты будешь делать теперь?
– Ну, думаю, здесь мне дела хватит. Она лукаво улыбнулась.
– Теперь понятно. Ты женишься на мне, чтобы остаться на ферме.
У Харпера снова защемило в груди:
– Ты что, и правда, решила…
– Шучу, Харпер, – поспешно поклялась Анни.
– М-да. – Он простодушно ухмыльнулся. – На самом деле, с одной только фермы не прокормишься. Но я слыхал, будто место шерифа теперь свободно. Кто знает, может, я и займу его.
Анни вскинула на него глаза:
– Ты станешь шерифом округа?
– Мог бы. Что ты думаешь по этому поводу?
– По-моему, прекрасно. А что думаешь ты, Джейсон?
Джейсон снова опустил голову, вдруг почувствовав смущение и неловкость.
– Все замечательно. Но раз ты собираешься остаться здесь, с нами, мне лучше теперь звать тебя папой?
У Харпера потемнело в глазах. Он едва не задохнулся от волнения. И в изнеможении откинулся на спинку кушетки, чувствуя, что Анни коснулась его руки. Пальцы их переплелись, она нежно пожала его руку, согревая и успокаивая. Словно говоря ему, что он дома. Впервые за десять лет он вправду вернулся в собственный дом. Умиротворение и спокойствие переполняли его.
Конечно, прошлое оставило свои рубцы, но раны уже затянулись. Теперь, когда Харпер дома, любовь и время довершат то, что начато судьбой.
Дом. Его дом, его жена, его сын, которого подарила ему Анни. Он обязательно будет счастлив с Анни. С Джейсоном. Который хочет называть его папой.
– Конечно, сынок.