Кровавый ветер

— Некоторые люди не могут, а порой и не хотят видеть разницы.
Их обогнал фургон: из открытых окон громыхала музыка.
— Признание, — продолжил после паузы Малдер. — Власть равняется уважению, равняется признанию.
— Равняется страху, — тихо добавила Скалли.
Малдер согласился. Согласился он и с тем, что убийство и его мотивы крайне редко бывают такими простыми, как это кажется на первый взгляд. Они могли обсуждать эту тему всю дорогу до Вашингтона и вряд ли сумели бы найти исчерпывающий ответ.
Точный ответ мог дать только сам Ник Ланая.
— Как по-твоему, Скалли, что случится, — спросил Малдер, когда они уже подъезжали к аэропорту, — если тому, кто займет место Ве-ладора, придет в голову подобная идея? Ведь Ланая не знал, что именно происходит в киве. О чем-то он догадался, о чем-то узнал от ничего не подозревавшего старика, ну а все остальное сообразил сам. Что, если один из шести решит использовать свою власть не во благо?
Скалли молчала.
Малдер и сам не знал ответа на этот вопрос.
Он знал одно: Ник никогда бы не остановился. Он бы и дальше убивал тех, кто ему не нравится, кого он невзлюбил безо всякой видимой причины. И все сходило бы ему с рук — ну кто поверит, что Кровавый Ветер существует?
Малдер смотрел на город, спешащие куда-то машины, медленно заходящий на посадку лайнер…
Старцы, конечно, мудры, но ведь они не боги и могут ошибаться.
«Вы только представьте себе, — думал он, — какая власть у них в руках. Представьте, какая это страшная сила!»