Консультант для дознавателя - аристократа (СИ)

Рядом на стуле сидела Анна, задумчиво потягивая чай и с выражением превосходства, которое у неё получалось особенно хорошо.
— Ну что, говорила же я тебе, — протянула она, не отрывая взгляда от зеркала. — Сначала ты, как всегда, «ой, да мы просто коллеги», а потом — бах , и уже платье выбираешь. Всё шло к этому. 
Я закатила глаза:
— Опять ты…
Мы обе рассмеялись.
  
Свадьба прошла не слишком пышно — просто красиво, со вкусом, и главное — без тайных подслушивающих артефактов. 
Мы оба устали от шпионажа и решили, что дальше пусть весь мир играет в войнушки, а мы займёмся своим делом. 
Подарком от Арчи, официально, стала мастерская артефактов. Он вручил мне ключ с крошечной выгравированной строчкой: «Для самой взрывной и любимой в Империи» . 
По факту — это был подарок и мне, и ему. 
Он больше не бегал по ночам за шифрами и трупами, а возглавил направление по расследованию финансовых махинаций. Его харизма наконец нашла себе мирную стезю — теперь он кричал только на заседаниях, вооружённый бухгалтерией и кодексом. 
А я занялась заказами. 
Частные коллекционеры, заказы от Дворца, пара контрактов от Службы — всё это доставляло удовольствие. Почти столько же, сколько наблюдать, как Арчи ворчит, пытаясь разобраться в артефактах и случайно активирует левитирующую чашку. 
Я до сих пор помню первое знакомство с его семьёй. 
Его мама была как фейерверк на паровом топливе — нежная, шумная, обнимающая и говорящая одновременно на трёх языках. А отец… Ах, его отец. Именно с ним Арчи делил ту особенную «отцовскую» черту — уметь внимательно слушать, забыть, а потом удивлённо спрашивать об этом же ещё три раза. 
На ужине, где все рассказывали о себе, Арчи, немного устав от застольных вопросов, вдруг вспомнил:
— А кстати! Вот ты мне так и не рассказала — почему Юнчжи называл тебя Мась ? Это что вообще? 
Наступила тишина. Его мама замерла с вилкой в руке, отец поперхнулся чаем, а я, уже открыв рот, чтобы объяснить, осознала, как это звучит со стороны.
— Это не то, что вы подумали! — поспешила я. — На Востоке… просто… у них нет звука Р , и он не мог выговорить мою фамилию Марс . Вот и стал звать Мась . Это... это не интимно, это просто… местное! 
Секунда молчания — и громогласный смех по всей столовой. Даже Арчи не удержался и рассмеялся, пряча лицо в ладонях.
Теперь всё иначе. Мы не бежим, не скрываемся, не сражаемся — мы живём. 
И пусть мир всё ещё полон теней, теперь у меня есть свет. 
Он иногда зовёт меня Мась , но только когда рядом никого. 
А я, в ответ, иногда называю его завкафом , если хочу подразнить. 
Наша история не закончилась — просто вошла в новую главу. 
Без тайных операций. Без миссий. 
С нами. Вместе. 
Навсегда.