Отец подруги, или Влюблен без памяти (СИ)

— Там учиться долго.
— И?
— Я работать не смогу.
— Ну этот вопрос мы с тобой давно обсудили.
— Да, но замену ты мне пока не нашел.
— Ну я не то чтобы искал, — он улыбается, — да и раз уж у нас момент откровений, то вообще-то нашел.
Вот на этих его словах я напрягаюсь. Понимаю, что глупо, но ничего не могу с собой поделать. Как представлю в его приемной какую-то длинноногую красотку, так меня сразу передергивает.
  
Оказывается, я могу быть очень ревнивой.
— А вот с этого момента поподробнее.
— Нууу, — он улыбается, — она профессионал с большой буквы.
— А что еще у нее большое? — щурюсь, неотрывно глядя на Богомолова.
— Эммм, — он делает задумчивый вид, — размер ноги?
— Я тебя сейчас стукну.
— Малыш, да ты никак ревнуешь?
— Если я узнаю, что она вываливала свой большой размер ноги на твой стол…
— Да ты ж моя ревнивая кошечка, я и не подозревал, — притягивает меня к себе, опускает нагло ладони на мои нижние девяносто, — все-все, малыш, не злись. Валерия Михайловна женщина пятидесяти трех лет, тридцать лет как счастлива в браке, имеет двоих детей и трех внуков.
— Пятидесяти трех? — вырывается у меня против воли.
— Ну да, а что?
— Ты невыносим.
— Я знаю, и за это ты меня любишь.
— Не только за это.
— Да? И за что же еще? — он игриво вскидывает брови.
— Я тебе потом расскажу, ну или покажу, — выворачиваюсь из его объятий и юркаю за дверь.
— В смысле потом?
— Когда в город вернемся.
— Кира, а ну стоять!