Вторжение (СИ)
«Да просто самым главным здесь по подобной теме, зато сможет мне еще не раз хорошо помочь!»
Я уже понимаю, что к официальной власти в городе окажется просто необходимо добавить негласное наблюдение. Как говориться, заранее соломки подстелить, чтобы слишком больно не упасть.
Не хочу я к подобному наблюдению подключать кого-то из своих охранников. Нет у них нужной сноровки, да еще в лицо их все знают, совсем они не по такой теме. Тем более возможны серьезные и, значит, смертельные итоги наблюдения для кое-кого, так что не нужно плодить слишком много знающих людей вокруг меня.
Так что я просто не обращаю на робкие возражения Торка никакого внимания и еще раз громко повторяю приказ.
— Готовиться к выходу с самого утра! Наварить кулешу, навязать жесткой упряжи для рыцарских жеребцов! Пойдем быстро обратно в тыловую Башню!
Отвесил еще разок Торку по его самолюбию, когда все служивые видят, как на его слова просто не обращает внимания основной руководитель похода.
Я даже не стал тратить время на примерный осмотр доставшегося нам богатства, Торк первым делом приставил к сундукам и мешкам своих самых верных людей, вот и хорошо.
«Мне проблем меньше, еще отвлекаться на охрану! Этот раунд с городом я отыграю показательно честно! — понимаю я. — А вот следующие могу и схитрить, потому что не в коня корм получается».
Так что с раннего еще утра все участники похода вместе с пленниками нехотя выходят из прогретой неплохо Башни снова под беспощадно режущий лица ледяной ветер со снегом. Выходят и смотрят на правую сторону Башни, где выставлены для всеобщего обзора и понятного удовлетворения теперь страшно выглядящие останки одного подонка.
Тело бывшего каторжника и бывшего Мага, уже почти без кожи и мяса, подвешено за ноги за веревки, спущенные со второго этажа. Теперь совсем безжизненно покачивается под порывами свирепого ветра, скалясь страшной гримасой безглазого лица.
После четвертого излечения каторжника, я сказал энтузиастам, что иду спать и пусть парни кончают его, как им только захочется.
Глядя на него с привычным страхом, на улицу высыпают крестьяне, которые поведут дворянских коней. Скелет одного из них валяется прямо перед входом, а в наших котлах теперь остывает густая каша с наваристой кониной. Убили и разделали его дворяне со своими слугами, а есть с большим удовольствием будут уже новые победители битвы за Башню.
Так что весь этот день и следующий пробиваемся через разыгравшуюся немного пургу с метелью, идем медленно, поэтому приходим в новое каменное укрытие уже глубоко в наступившей темноте.
Потом длинный сон в почти половину полярных суток и на следующий день все так же само повторяется. Но к термальному озерцу метель стихает, мы все выдыхаем с большим облегчением, что настолько тяжелое испытание наконец-то закончилось.
За такое тяжелое время сбежали от крестьян, не ахти умеющих обращаться с норовистой скотиной, сразу четыре дворянских жеребца, но я приказал их даже не искать и просто забыть, записав в положенные потери.
«Никому они особо ни на рудниках, ни в Асторе не требуются и не нужны, только для расплода если оставить! Такие образцовые жеребцы-осеменители!» — мелькают у меня время от времени подобные мысли.
Так что еще два долгих дня пути и мы уже ночуем в нашем тыловом укреплении, никакие многочисленные мертвецы, лежащие в недалеком овраге, нам не досаждают. В самом начале появившегося наконец леса, после голых каменистых пустошей, уходящая зима уже не так достает нас, поэтому мы там проводим еще один день. Даем крестьянам, вообще непривычным к снежным метелям, прийти в себя и обиходить скотину, сильно порезавшую о твердый наст бабки и повредившую копыта.
Съестные припасы уже приходится немного экономить, я даже жалею, что не приказал оставить тут запас еды, зато лошади теперь могут хоть щипать прошлогодняя траву.
Тем с большим основанием заявляю на очередном совещании для командиров отряда:
— Высказывались тут разные мнения насчет продолжения поисков, но у нас все припасы теперь под расчет! Так что пришлось бы реально голодать прежде, чем мы дошли до Гардии, и поэтому урезать ежедневную выкладку продуктов на каждого участника похода. Поэтому желающих еще искать по Башням можно обвинить в близорукости и неумении правильно рассчитать сложившуюся ситуацию!
Еще один серьезный камешек в сторону Торка, хотя использование в качестве мясной основы трофейных жеребцов решило бы с ходу насыщение нашего питания полноценными калориями. Но я приказал элитную скотину теперь беречь, чтобы утереть нос своему заместителю.
Потом еще три перехода до третьей Башни и еще через три дня я встречаюсь со своим инженером.
Который теперь с присланными лично ему большими припасами еды и сорока неизбалованными крестьянами у меня на глазах рассчитывает наемных рабочих и принимает от меня еще полтора десятка таких же крестьян с четырьмя арбами. Одну я забираю с собой, что тот же Трон с Крипом как следует изучили наследие степной мудрости и наштамповали нам несколько таких же, только повыше качеством и грузоподъемностью, для постоянной работы на прокладке дороги.
— Такие повозки на двух колесах лошади смогут гораздо дальше и выше тащить в горы, чем обычные подводы!
С подобными словами асторский инженер согласен, тем более теперь сам проверит арбы при постройке короткой дороги от рудников до гаваней Гардии.
Дорогу я, конечно, строю не за свой счет, а за деньги объединения рудодобытчиков, плавильщиков и владельцев кузниц. Вношу свою долю постоянным участием, пусть даже с использованием ресурсов самого Астора. Объединяю их всех своим авторитетом и еще мне гораздо проще заставить кого угодно в Асторе делать то, что им даже не очень нравится.
Всем моим компаньонам очень интересно, чтобы быстрее доставлять руду в гавань, там грузить на уже специально переделанные по моим советам чистые рудовозы и принимать их в гавани Астора.
Логистика доставки теперь уже получается на высоте, а с новой дорогой не три, а меньше двух дней станет происходить доставка обогащенной руды.
Так что почти пять десятков совсем диких и крайне трудолюбивых астрийских крестьян меняют пару десятков наемных рабочих. Поэтому прокладка дороги закончится сильно быстрее и обойдется значительно дешевле возглавляемому мной консорциуму.
Инженера с рабочими на встречу я вызвал отправленными вперед гонцами, чтобы не тратить драгоценное время на заезд на сами рудники.
Так что всего час разговоров про новую дорогу с хорошо шарящим в теме специалистом, выдача положенной награды возницам, после чего я с парой осьмиц гвардейцев галопом догоняем уже ушедших далеко моих людей вместе с наемными рабочими.
Потом посадка на заранее заказанные в порту корабли. Примерно на месяц блужданий по Северу я и рассчитывал изначально, так оно все и получилось в итоге. Так что грузимся сами и загоняем арбу на палубу одной из трех шхун. Которые уже взяли груз руды и собирались завтра с утра отчаливать.
Табун дворянских коней с теми лошадьми, которых угнали раньше от тыловой Башни, погонят Охотники с разведкой Гвардии по моему приказу. Часть оставят моему инженеру для облегчения работы, конечно.
— Едете, гоните табун, но чтобы внимательно проверили здешнюю безлюдную пока сторону Черноземья! Мало ли, какие астрийцы собираются напасть на теперь беззащитную часть наших земель! — отдаю я номинальный приказ про боевое патрулирование.
Так что впереди полтора дня быстрого перехода морем. Когда мы сами можем отдохнуть наконец-то хоть немного от постоянных подвигов и свершений.
— Меня наш выход серьезно вымотал, теперь раньше лета не соберусь на Север, — говорю я Драгеру, Крос со своими людьми гонит табун и проверяет окрестности.
— Да. Домой уже очень охота. Как там мои жена и дите малое, — расплывается в улыбке Старший Мастер.
— Когда Кроса будешь женить? Уже за тридцать лет парню? — спрашиваю я его.
— Есть тут одна женщина, вдова, муж из гвардии был, да погиб давно. Моя собирается договориться о смотринах, — снова улыбается лучник. — Но Кросу все нравится в его жизни! Гуляет, прямо, как молодой!