Семья госпожи Аннари (СИ)
Муж успокаивающе гладит меня по запястью, но я всё равно чувствую себя неуютно.
Беременность протекает отлично, и хотя мы и так непростительно затянули с этим мероприятием, но всё равно находиться здесь никакого желания. Сидеть бы сейчас на террасе, покачиваясь в кресле-качалке, и есть клубнику. Есть клубнику, заедая её мясом и запивая молоком, потому что так хочется и кажется невероятно вкусным сочетанием. Любоваться нашим садом и бегающими по нему детьми: Татиной, её младшей сестрой Мираной и пятилетним братиком Этьеном. А ещё детьми Олирии и Эйринии, с которой мы сдружились настолько, что они с мужем переехали в наш квартал в дом по соседству. Правда, одним ремонтом у них дело не ограничилось и пришлось достраивать целое крыло, чтобы вместить всё семейство. Зато теперь нам даже не нужно выходить на улицу, чтобы поболтать, достаточно открыть калитку между нашими садами.
Татина в этом году готовится к поступлению в Школу магии. Жить она будет по-прежнему дома, поэтому вроде не так уж и сильно что-то поменяется, но всё равно есть чувство, словно отпускаю свою красавицу во взрослую жизнь.
Именно этим чувством и воспользовался Шарден, уговорив меня ещё на одного ребёнка. Не то чтобы я очень уж сопротивлялась – тогда это показалось отличной идеей. Особенно потому, что после завершения обучения дочка твёрдо решила несколько лет пожить с бабушкой и дедушкой в Белройском княжестве – очень уж её впечатлили расписные терема, морозные узоры, горная долина и местные светловолосые красавцы, не стесняющиеся сыпать комплиментами.
Добраться в княжество теперь можно порталом, и мы частенько навещаем моих родителей, но принять то, что дочка хочет так далеко от нас уехать, пока не получается. И всё же если она не передумает за время обучения, смириться придётся.
И вот теперь я пожинаю плоды своего решения, бегая каждый час в туалет, мучаясь от одышки, и вообще чувствую себя огромным беременным пингвином, а не женщиной. Муж постоянно словами и жаркими ночами заверяет, что я ни на грамм не подурнела. Но я ему не верю. Вот и сейчас… Жутко неловко, что все так пристально меня рассматривают. Если бы можно было ещё потянуть с этим балом, я бы так и поступила, но выбора нет.
Добираемся наконец до тронного возвышения. Родители и брат Шардена тепло меня обнимают, а затем усаживают на кресло у подножия тронов. Муж присаживается на подлокотник, сжимает мою ладонь, поддерживая.
Только когда музыканты начинают играть мелодию, а центр зала наполняется танцующими парами, я с облегчением выдыхаю: наконец-то внимание гостей переключилось, все увлеклись танцами. До последнего боялась споткнуться и опозориться. Каждый раз переживаю об этом. И пусть пока подобного ни разу не происходило, но это ведь ничего не значит, верно?
Минут через десять меня вдруг скручивает от острой вспышки боли. Сжимаю руку Шардена, и видимо, так сильно, что он с беспокойством в голосе шёпотом спрашивает:
– Началось?
– Не знаю, – так же шёпотом отвечаю я, немного придя в себя. – Может быть, это ложная схватка.
– Ты же знаешь, что каждый раз роды могут идти по-разному? И с каждым разом проходит всё меньше времени от начала схваток до появления ребёнка.
– Ещё бы я не знала! – возмущаюсь я. – Ты же каждый раз мне об этом напоминаешь. Ох…
Меня снова скручивает.
– У вас всё в порядке? – спрашивает мать Шардена.
Шарден шепчет губами заклинание диагностики, вглядывается в плетение, после чего произносит:
– Мама, нам пора.
– Но ведь вы так мало здесь пробыли…
– Аннари рожает.
– О! Тогда вам лучше воспользоваться скрытой дверью. Поспешите.
Как только схватка прекращается, мы с Шарденом выходим через дверь за тронами, после чего он подхватывает меня на руки и бежит по коридорам. Знает, что я хотела бы родить не во дворце, а дома. Чтобы рядом было привычное окружение. А ещё пожилая лекарка, которая помогла появиться на свет всем остальными нашим малышам.
Экипаж нас уже ждёт. Стоит сесть, как меня снова скручивает. Поручик Петерсон подстёгивает лошадей, и мы на максимально возможной скорости мчимся домой.
Когда заезжаем во двор, уже начинаются потуги, о чём я и сообщаю мужу.
Он подхватывает меня на руки и командует Петерсону:
– Сообщи лекарке.
В результате поручик бежит впереди, а Шарден за ним. Уже у двери дома к нам присоединяется Татина с младшими детьми. Узнав причину спешки, она радостно хлопает в ладоши:
– Ура! Ура! У меня скоро появится новый братик!
Дети остаются обсуждать новость на улице.
– На второй этаж мы подняться не успеем, – предупреждаю я на ходу мужа.
– Понял, – кивает он и сворачивает в гостиную, где укладывает меня на диван.
Буквально через мгновение после этого вбегает лекарка. Прикладывает ладонь к моему животу, кивает своим мыслям и распоряжается:
– Подложите под Аннари покрывала, чтобы не вымазать диван. Юбку платья нужно оторвать – она слишком пышная. Сходите за пелёнками и сменной одеждой.
– Хорошо, – принимает указания Шарден и тут же уходит их выполнять.
Возвращается он минуты через три. Однако этого времени вполне хватает на то, чтобы я родила. Лекарка укладывает ребёнка мне на грудь, и пока я завороженно смотрю на него, укрывает меня оторванной от платья юбкой.
Спохватывается:
– Поздравляю, у вас сын!
Поднимаю взгляд на мужа и счастливо улыбаюсь. Он обнимает нас с малышом и вздыхает:
– Спасибо! Огромное спасибо!
Лекарка водит вдоль моего тела руками, исцеляя, а затем тактично уходит. В коридоре слышатся нетерпеливые детские возгласы, а потом дверь открывается и эта весёлая толпа заходит. Комната наполняется смехом и радостными восклицаниями. Чувствую себя абсолютно счастливой.
КОНЕЦ