Армия Государства, которого нет

На следующее утро он рванул в Тбилиси. Но, доехав в Гянджу, узнал от десантников на блокпосту, что в сторону Грузии вечером дорога закрыта. Поэтому ему пришлось заночевать в расположении 23-й дивизии. В дивизии он узнал, что Степанакертский 366-й полк воюет сам с собой!
Так, все по порядку. Командование Закавказского Военного округа поставило задачу командиру 366-го Гвардейского мотострелкового полка вывести полк из места постоянной дислокации и перебазироваться в Вазиани.
В поселке Вазиани, что недалеко от Тбилиси, находился учебный центр.
Получив задачу, командир 366-го полка выстроил технику в колонну для марша. И полк стал выбираться из Степанакерта.
Но командир второго мотострелкового батальона этого полка вместе с офицерами, прапорщиками армянами, и солдатами разных национальностей, захватив танк, двадцать БМП и два артиллерийских орудия, занял господствующие позиции в четырех километрах южнее села Балыджа, и не пропускал колонну. Второй батальон — это именно тот батальон, который принимал участие в штурме Ходжалы.
Зачем армянам нужно было задерживать полк? Солдаты и офицеры полка им, собственно, и не нужны. А нужны им были оружие и техника.
Узнал Витя также, что в Степанакерт из Гянджи уже вылетела группа десантников на вертолетах МИ-6, МИ-8 и МИ-26 для оказания помощи остаткам 366-го Гвардейского мотострелкового полка по выводу из Нагорного Карабаха. Была также отправлена туда и группа боевых вертолетов МИ-24.
Вот с этими новостями на следующий день и приехал к нам в Штаб Закавказского Военного округа наш зам по тылу капитан Виктор Круглов.
 
Глава десятая. Расформирование
Весь март, апрель и половину мая мы находились в штабе округа в ожидании решения начальства по нашему батальону. За это время все успели съездить в очередной отпуск на родину. Я тоже побыл месяц со своей семьей, и определился: переводиться буду на Украину. После отпуска совершенно не хотелось возвращаться в Закавказье, но надо!
Числа двадцатого мая нам сообщили, что Командованием Объединенных Вооруженных Сил Союза Независимых Государств принято решение о расформировании нашего батальона. Комбат попытался доказать, что знамя части все-таки спасено, но убедить никого и ни в чем было невозможно. На все доводы подполковника Азарова генерал не реагировал, а ответ был один:
Расформирование!
С этого момента мы начали составлять акты на списание всего имущества части.
По всему Закавказью в это время было неспокойно. Периодически до нас доходила информация и просто слухи о различных событиях.
При помощи вертолетов и десантников из Нагорного Карабаха все-таки были выведены 366-й мотострелковый полк и батальон химической защиты. Вывод проходил с незначительными боями, но потери, как личного состава, так и военной техники были. Был там же сбит и один вертолет МИ-24.
После вывода 366-й МСП и химбат были расформированы.
8 апреля с аэродрома Ситал-Чай 80-го авиаполка лейтенант азербайджанец угнал самолет СУ-25 и перелетел на гражданский аэродром в Евлах. А уже в мае этот штурмовик успешно бомбил населенные пункты Нагорного Карабаха.
7 мая азербайджанская пехота при поддержке БТР и вертолетов МИ-24 предприняла штурм карабахских оборонительных позиций возле Степанакерта. Штурм не удался.
8 мая четыре азербайджанских вертолета МИ-24 обстреляли НУРСами Степанакерт. В этот же день два азербайджанских вертолета обстреляли армянские села Базар и Норшен.
9 мая азербайджанские вертолеты атаковали армянское село Шош. В этот же день азербайджанский штурмовик СУ-25 подбил армянский пассажирский ЯК-40. Но самолет сумел приземлиться, и люди спаслись.
10 мая азербайджанские вертолеты атаковали города Степанакерт и Аскеран, а также села Гаров и Красни.
На следующий день азербайджанские вертолеты вновь атаковали Аскеран. Подверглись атакам и села Даграз и Агбулаг.
Из Шуши систематически обстреливался Степанакерт при помощи установок ''Град'' и ''Алазань''. Армяне несли большие потери. И чтобы избежать этого в дальнейшем они в первой половине мая предприняли штурм Шуши. Штурм был стремительным, в результате чего армяне взяли город, и захватили установки ''Град'' и ''Алазань'' с большим количеством боеприпасов к ним.
12 мая азербайджанский СУ-25 бомбил села Шош, Храморт, Вериншен и Ай Парис.
После захвата Шуши армяне, развивая наступление, вышли к городу Лачин и 18 мая взяли его штурмом, прорвав блокаду, и создали ''Лачинский коридор'', соединивший Нагорный Карабах с Арменией. В этот же день азербайджанская авиация бомбила город Мартуни.
А дальше произошло то, что у всех у нас вызвало просто недоумение. Судите сами.
Согласно директиве МО России 4-я Общевойсковая армия должна была передать Азербайджану 237 танков, 325 БТР и БРДМ, 204 БМП и 70 артиллерийских установок различных систем.
В свою очередь Армения получила от дислоцировавшейся на ее территории 7-й Танковой армии 54 танка, 40 БМП и 50 артиллерийских орудий.
Зачем? Не мне судить!
А война загудела с новой силой. И в этот процесс выяснения отношений в Закавказье включились Грузия и Южная Осетия. Раньше они просто постреливали друг в друга, а теперь принялись воевать. Не даром говорят: ''дурной пример — заразителен!''
Ну, а мы сидели и составляли акты. Акты эти так и назывались: ''Акт списания имущества, утраченного при захвате воинской части''. Каждый из нас составлял акты по имуществу своих подчиненных служб.
Быстрее всех справился со своим имуществом замполит капитан Чугунников. И Витя Круглов шутил по этому поводу:
— Взял, все свои балалайки включил в общий список. И нет проблем!
Я же помогал замам по тылу и по вооружению списывать технику и имущество длительного хранения. Особого труда в этом не было, ведь у меня были книги учета. Открыл книгу, и переписывай все из нее в акт, но не все так просто. Возможно, процесс списания шел бы быстрее, если бы не вводные. А вводные были интересные. Процесс такой: составил акт и отдаешь на подпись в соответствующие службы округа. А оттуда тебе его возвращают с убедительным уточнением, что нашей частью было получено еще такое-то и такое-то имущество, на основании таких-то документов.
Но как? Когда? Книги учета у меня, и учет этот я веду в части. Не было такого. А мне отвечают:
— Вы просто забыли, товарищ майор. Включайте в общий список, все равно списываете!
— Есть, товарищ полковник!
Мысль была только одна: быстрее бы расхлебать это дерьмо, и уехать отсюда к чертовой матери.
Весь июнь и июль мы занимались списанием. А в августе Агдамский Отдельный инженерно-саперный батальон был расформирован. Любопытно, что с момента создания наш батальон просуществовал ровно пятьдесят лет. Ровно!
Мы получили свои документы на руки, попрощались и разъехались к новым местам службы согласно предписаниям.
А дальше мне, и не одному мне, в жизни встретились пузатые толстокожие чинуши…
Но это уже другая история.
Июль — декабрь 2001г.