Дальние континенты
За каждым из домов, кроме садиков, скрывались еще и довольно большие сараи, из которых пахло незнакомыми американцам домашними существами. Иногда из этих сараев доносилось всхрапывание, фырканье, странные пронзительные звуки, топот… В конце концов священник не выдержал, подбежал к широкой двери одного из сараев, приоткрыл ее и заглянул внутрь.
То, что он увидел, ошеломило его. В сарае стояла лошадь! Самая настоящая лошадь!
На американском континенте лошадей не было. Они, в отличие от многих других домашних животных, почему-то не смогли пережить ядерную катастрофу, которую люди называли Смертью. Но, разумеется, священник не раз видел изображения лошадей в копиях древних книг. И знал, что это были прекрасные труженики: они годились и для того, чтобы ездить на них верхом, и для перевозки грузов, и для работы на полях… и вот оказалось, что на другом континенте лошади есть в каждом доме! Иеро подумал, что хорошо было бы привезти в Америку несколько таких животных… но, к сожалению, вряд ли это можно было осуществить.
Они шли уже около получаса, и священник все так же время от времени окликал брата Лэльдо и Горма, и все так же не получал ответа. В конце концов он передал остальным:
— Не нравится мне, что они молчат. Зову, зову — и ничего. Может, зря мы ушли оттуда?
— Не зря, — уверенно заявила Лэса. — Ну, попались бы и мы в ту сеть, что, лучше было бы? Да выручим мы их, не дергайся ты!
— Конечно, — поддержал кошку Клуц. — Выберемся из города, осмотримся, разберемся — и вытащим мужиков!
— Ну… надеюсь, — мрачно передал Иеро. — Но мы не сможем поднять полусферу без помощи Лэльдо, так что и идти к ней нет никакого смысла.
— А мы и не пойдем, — согласилась Лэса. — Не забывай, нас же собирались продать в Рим! Значит, наших туда и повезут. А где тот Рим?
— Не знаю, — пожал плечами Иеро. — Где-то далеко, наверное. А может быть, близко.
— Вот-вот, или далеко, или близко, но все равно в другом месте, — передала иир'ова. — По дороге и отобьем их, если раньше не получится. Бластер-то у тебя?
— У меня, — согласился священник.
— Тогда в чем проблема?
Конечно, все трое прекрасно понимали, что проблем тут более чем достаточно, но при этом все трое точно так же понимали и то, что друзей они все равно освободят, чего бы это ни стоило. Просто сейчас самым главным было самим вырваться на свободу и разобраться в обстановке.
Наконец они увидели городскую стену, возвышавшуюся за очередным садиком — на этот раз почему-то запущенным, заросшим высоченными сорняками, в отличие от всех тех садов, которые они проходили до этого, — и маленькая девушка дала понять, что они уже у цели. И в самом деле, в толще каменной стены виднелась ниша, в которой и скрывалась калитка. Беглецы перелезли последний заборчик и очутились на освещенном луной пустыре шириной метров в тридцать — этот пустырь, похоже, тянулся вдоль всей стены, окружавшей город. Видимо, он должен был иметь стратегическое значение, — или же это была нейтральная полоса. Во всяком случае, ни каких-либо строений, ни огородов на этой полосе не было видно.
Иеро подошел к девушке и низко поклонился ей, не зная, как еще он может выразить свою благодарность. Девушка смущенно кивнула ему и во все глаза уставилась на Лэсу. Похоже, иир'ова поразила воображение маленькой горожанки. Лэса тоже поклонилась спасительнице, а потом сняла с шеи один из многочисленных шнурков с амулетами и протянула девушке. Девушка осторожно взяла амулет и надела себе на шею. Иеро уже отошел к калитке и начал заниматься с замком, но тем не менее поинтересовался:
— Что это такое ты ей подарила?
— — Амулет, который поможет ей найти отличного мужа — богатого и доброго, — на удивление мягко ответила Лэса. — Она ведь явно не имеет собственного состояния.
— О! Это ты хорошо придумала! — прокомментировал Клуц. — Девочка заслужила счастье. У нее добрая душа!
И он тоже поклонился малышке, низко опустив голову и покачав рогами. Девушка вдруг улыбнулась, шагнула к лорсу и нежно погладила его по крепкой лохматой шее, а потом поцеловала прямо в нос.
— Что она думает? — требовательно спросил Клуц, обращаясь к священнику.
— Думает, что ты замечательное существо, и что ей хотелось бы иметь такое и ездить на нем, и заботиться о нем, — усмехнулся Иеро, уже открывший замок калитки. — Готово, можно идти!
— Хорошая девочка, — решил Клуц.
Девушка помахала беглецам рукой и пустилась в обратный путь. А они подошли к калитке. Иеро осторожно потянул на себя деревянную ручку — калитка открылась, чуть слышно скрипнув. Лэса первой выглянула наружу — и тут же сообщила:
— Ничего страшного, выходим!
Страшного снаружи и в самом деле не было ничего, зато было много такого, обо что нетрудно было сломать ноги. В этом месте почти вплотную к городской стене подбирались густые заросли колючих кустов с перепутанными ветками, а справа и слева громоздились высоченные кучи камней. Все это, видимо, предназначалось для маскировки входа в город. Беглецы осторожно двинулись вправо, прижимаясь к стене, чтобы не исцарапаться о ветки с длинными острыми шипами. Под ноги им то и дело попадались то крупные, то мелкие камни, и всем троим приходилось проявлять максимум осторожности. Наконец они выбрались из колючих зарослей и увидели равнину, уходящую на восток, к горам.
— Ну, и что теперь? — спросил Иеро, ни к кому в особенности не обращаясь.
— Теперь нам нужно найти подходящее укрытие и ждать, когда пленников повезут в Рим, — заявила иир'ова. — Ну, само собой, мы должны спрятаться так, чтобы видеть городские ворота.
—Но ведь больших ворот двое, — напомнил Клуц. — И, наверное, есть еще вот такие запасные калиточки. Где мы будем ждать?
— Разберемся, — сказал Иеро. — Сейчас мы пойдем вдоль стены — вот и увидим, есть еще какие-то выходы, или нет. Что касается больших ворот… ну, проснутся горожане — покопаюсь хорошенько в их мыслях, тогда и видно будет.
Его друзья вполне согласились, что это будет лучше всего. Иеро вскочил в седло, и беглецы помчались вдоль стены, огибая город с северной стороны. Веллетри, конечно, был невелик, но все же это был город, и беглецам понадобилась около часа, чтобы добраться до тех самых ворот, через которые они вошли в ловушку. Никаких других входов они не заметили.
Теперь им нужно было найти подходящее укрытие, чтобы дождаться того момента, когда их друзей выведут из города, чтобы отправить в тот самый Рим, который когда-то был местом жительства многих святых людей, — а теперь, похоже, вернулся в языческие, дохристианские времена. Ни Иеро, ни Лэса и Клуц ни минуты не сомневались в том, что им удастся освободить друзей и бежать вместе с ними. Но отыскать убежище оказалось не так-то легко.
Дорога, ведущая к Веллетри с побережья, — та самая, по которой пришли сюда американцы, — терялась на равнине, и вдоль нее, как уже знали путники, не было ни единого поселения. Ни самой крошечной деревушки, ни хотя бы просто одинокого хутора. А ближайшая роща располагалась довольно далеко от ворот…
И тут священник сообразил:
— Эй, да ведь эту дорогу мы знаем… по ней уж точно в Рим не попадешь. Мы же пришли по ней с моря! А другой что-то я тут не вижу! Надо же… я, похоже, в этой стране остатки разума растерял!
— А ведь верно, — хмыкнула Лэса. — Пошли дальше!
И они снова зашагали вдоль городской стены, теперь уже с южной стороны. И очень скоро добрались до вторых ворот, к которым подходила широкая накатанная дорога. Ворота эти, не в пример первым, были изукрашены резьбой и огромными бронзовыми венками, приколоченными к обеим створкам. И еще возле этих ворот возвышалась круглая смотровая башенка — не слишком высокая, но все же вполне внушительная. В верхней части башни светились два узкие окошка.
— Ну вот, пришли, — сказал Иеро, всматриваясь в башню. — Там стражники, не спят. Похоже, ждут кого-то… Нам надо найти, где спрятаться.
С этой стороны города одна из рощ подобралась к дороге в полукилометре от стены. Туда-то и направились беглецы, чтобы дождаться утра и начать ментальную разведку, обшаривая умы горожан. Желтая глупая луна таращилась на них с неба, и длинные черные тени шевелились в шелестящей на ночном ветру траве, как будто были живыми и готовыми вот-вот отправиться в самостоятельное путешествие — то ли в Рим, то ли в Гималаи…