Прощай, неразделённая любовь (СИ)
***
И мы, вполне осознанно, не стали спешить, а заключили друг с другом молчаливый договор: не повторять прежних ошибок и не нестись вскачь по чувствам, сметая всё на своём пути, чтобы потом, опомнившись, разбирать обломки.
Нет, на этот раз мы шли не торопясь, шаг за шагом.
Каждый наш день, проведённый вместе, был как новая страница книги, которую мы писали вдвоём. У нас было время хорошо узнать друг друга — не только привычки и вкусы, но и «тени прошлого», и надежды на будущее.
Мы смеялись до слёз над разными глупостями. Спорили о высоких материях и о том, что лучше есть на завтрак. А ещё мы научились молчать, когда слова были лишними. Оказалось, что это целое искусство — сидеть рядышком в полной тишине, и эта тишина будет говорить вам больше, чем самые красивые слова.
И вот однажды, в самое обыкновенное утро мы посмотрели друг на друга и поняли, что не можем больше существовать порознь. Незаметно мы стали двумя половинками одного целого, и глупо было пытаться это отрицать. Мы дышали в унисон, наши мысли текли в одном русле, наше былое одиночество теперь казалось чем-то невыносимым.
И решение пришло само собой. Оно не было показным и публичным предложением на колене. Это был тихий и спокойный диалог:
— Свет, а ведь мы можем пожениться. К чему тянуть?
— Да, Дим, конечно. Мы можем пожениться.
Свою свадьбу мы с Димой сыграли в «Короле Ричарде». В том самом зале, где полтора года назад изображали влюблённую парочку перед Иваном Соколовым. Тогда это была просто игра, но в глубине души я, наверное, отчаянно желала, чтобы так случилось на самом деле.
И теперь, стоя здесь в подвенечном платье, сжимая руку любимого мужчины, я смотрела на хорошо знакомый зал совсем другими глазами. Он преобразился и стал местом для нашей настоящей, выстраданной любви.
Призрак бывшего босса больше не беспокоил меня, скорее, наоборот, вызывал нечто вроде благодарности.
Ведь когда-то, казалось, моё сердце разорвётся от неразделённой любви к Ивану. Я плакала в подушку, пыталась выбросить его из головы, и считала, что это и есть самая великая и трагическая история о безответной любви. Я и подумать тогда не могла, что именно эта боль, эта ошибка однажды приведёт меня сюда — к нему, к Диме.
К нашему счастью. К нашей ВЗАИМНОЙ любви.
Где не надо ничего изображать, не надо пытаться быть тем, кем не являешься. С любимым мужем я могу просто быть — иногда смешной, иногда грустной и молчаливой, но всегда настоящей. И я любима им именно за это.
Конец истории