Жемчужная нить

— Что пишет Том? — с легкой ехидцей осведомился Джереми.
— Ох, — виновато спохватилась Крессида, — я так и не распечатала его письмо.
Пока девушка искала конверт, пока вскрывала его и изучала послание, Джереми нервно мерил шагами комнату. Вбежала Мимоза и мяукнула, требуя обратить на нее внимание. Хозяин взял свою любимицу на руки и машинально стал гладить шерстку животного, но взглядом продолжал следить за Крессидой, приговаривая:
  
— Мы поедем в Париж. Мы оставим черствых девушек с их занудными женихами в этой скучной стране, а сами посмотрим мир.
— Ах, негодник! — вскричала вдруг Крессида. — Не прошло и двух недель, как он уже нашел мне замену! До чего же мужчины непостоянны!
Джереми живо выхватил из ее рук листок и прочитал: «Дорогая, не могу справиться со своими чувствами. Прости, но я собираюсь ответить на страстную любовь Мэри Мадден. У нас с ней очень много общего…»
Джереми скомкал письмо и отшвырнул его в угол, огласив комнату победным кличем.
— Ай да старина Том! Ну, удружил!
— Джереми, вам не кажется, что вы проявляете неуважение ко мне?
— Как вы сказали? Неуважение? — Он обнял ее и поцеловал — страстно, пылко. — Крессида, я боготворю вас с того самого момента, когда впервые увидел. А вы? Разве вы не любите меня? Пожалуйста, не молчите, умоляю, ответьте! Для меня это вопрос жизни и смерти.
Конечно, она любила его. Крессида знала, что готова пойти за этим человеком на край света, и нет таких сил, что могли бы разлучить их. Видя перед собой его встревоженные глаза, она тонула в их глубине.
Джереми осыпал поцелуями ее лицо, шею, плечи, не в силах больше сдерживать свои чувства. Крессида отвечала на ласки с пылкостью, которую в ней трудно было заподозрить, и Джереми не мог сдержать торжествующей, радостной улыбки. Он понимал, что это его любовь волшебным образом преобразила девушку и отныне она принадлежит только ему. Неважно, что она так и не ответила на его вопрос. Куда красноречивее любых слов ее прекрасное и юное лицо, озаренное счастьем…