Подарок судьбы (СИ)
Собственная победа не принесла ему удовлетворения. Гарри чувствовал странную апатию и совершенно непонятное ощущение безразличия ко всему происходящему. Его жизнь входила в нужную колею размеренности и безопасности, но иногда он чувствовал, что все происходящее с ним сейчас это просто сон и скоро наступит утро, где не будет мамы с братьями и сестрами, где не будет Сириуса и остальных людей, к которым он успел привязаться за все эти годы.
Гарри вздохнул, и притянул Гермиону к себе поближе, закрыл глаза и попытался уснуть, прогоняя прочь грустные мысли, надеясь на то, что завтра его настроение измениться в лучшую сторону.
*
Виолетта вот уже вторую неделю не находила себе места. Все это время за ней неотрывно смотрели глаза этого несчастного слизеринца, смотревшего на нее с такой болью и нежностью, что девушке становилось неловко и неуютно. Приемные родители уже написали отрицательный ответ главе рода Крэбб, но за это время предложение о помолвке прислало еще несколько довольно-таки влиятельных семей.
Девушка понимала, что ей повезло с семьей. Сириус Блэк, связавшись с ней по сквозному зеркалу, заверил ее в том, что мужа она будет выбирать себе сама, когда придет время. Послушав рассказы других Обретенных, оказавшихся в ее положении, Виолета благодарила Мерлина, что ей попались такие родители. Будь Главой семьи та же Вальпурга Блэк, уж она бы ни за что не упустила шанса породниться с одной из семей, приславших брачный договор.
Она уже говорила с ней по этому поводу и была не слишком довольна тем, что Виолетта отказалась от всех трех предложений, исходивших от очень уважаемых чистокровных семей. Гарри после их разговора посоветовал не обращать внимания на бабулю и ссылаться на Сириуса. На данный момент он — Глава Рода Блэк и только ему решать, давать согласие на брак или нет.
Сейчас девушка шла на Трансфигурацию в компании своих подруг, Луны Лавгуд и Джинни Уизли. После принятия ее в Род Блэков, Виолетта стала неотъемлемой частью их компании, и теперь частенько вечерами присоединялась к ним за занятиями и обычной болтовней, посвященная в тайну переноса во времени сразу после принятия в семью.
К ее удивлению, около дверей уже стояла знакомая широкоплечая, тучная фигура слизеринца.
— Я могу с тобой еще раз поговорить? Я хотел...— спросил он, сначала опустив глаза в пол, а потом с самым жалобным видом посмотрев на нее, пытаясь что-то сказать, несколько раз открыв рот для разговора, но так ничего толком и не пояснив.
— Мистер Крэбб, по-моему, мы уже с вами все выяснили, — подражая холодному тону Вальпургии Блэк, ответила девушка. — Мой отец отклонил предложение вашего отца.
— Я... вот, хотел подарить... — он протянул вперед спрятанную за спиной руку, в которой к восхищению девушки оказались красивые, белоснежные лилии. Где он их достал в такое время года? — Вот...
Виолетта покраснела. Цветы ей понравились.
— Ты это... не думай... я ничего такого... — круглое лицо парня стало пунцовым. — Просто подарок.
— Спасибо, мистер Кребб, — девушка неуверенно притянула руку к этому богатству, и ласково ему улыбнулась. — Они очень красивые и... мои любимые.
— Да?! Я это... угадал? — зарделся от удовольствия Винсент, на самом деле выбравший цветы, которые ему самому напоминали о красоте и нежности этой девочки. Она была такой же хрупкой, как они.
— Да, еще раз спасибо, — кивнула девушка. — Скоро урок начнется, опоздаешь.
— Ничего... я это... просто хотел...
— Я поняла, спасибо.
Девушка еще раз смущенно улыбнулась и вошла в кабинет трансфигурации под насмешливыми взглядами своих однокурсников. Высоко задрав голову, она прошла на свое место и осторожно положила цветы на парту, думая о том, что этот парень на самом деле испытывает к ней настоящую симпатию. Он был неуклюж, слегка туповат, но совершенно ясно, что она ему на самом деле нравится. Виолетта вздохнула. Винсент Крэбб был совершенно не в ее вкусе.
Комментарий к Глава 24 После этой главы раньше был эпилог, но так как концовка вышла скомканная, я решила дописать то, на что не хватило сил и терпения ранее)))
====== Глава 25 ======
Зелье, которое было необходимо для помощи в ритуале по извлечению крестража из лба Гарри, отнимало у Лили и Северуса очень много времени. Они дежурили у него по очереди уже в течение почти двух месяцев, следя за своевременным добавлением ингредиентов, температурой огня под котлом, и помешиванием зелья в нужную сторону, дабы ничего не испортить, и не начинать все заново.
О происходящих в волшебном мире изменениях они узнавали от Сириуса. Тот почти каждый день присутствовал на новых заседаниях Визенгамота, посвященных происходящим в магическом мире изменениям, а также судебным тяжбам бывших магглорожденных волшебников с Министерством.
Согласно подписанного еще в семнадцатом веке указа, сейф исчезнувшего рода мог быть отписан в пользу Министерства, если в течение ста лет не объявится представитель этой фамилии, подтвердивший свое право на наследование с помощью ритуала у гоблинов. За коротышками из Гринготса закрепилась обязанность проводить ритуал определения родства, и если волшебный свиток подтверждал принадлежность роду, то деньги оставались в сейфе, и новый владелец мог распоряжаться ими по своему усмотрению.
Сейчас, в свете открывшихся обстоятельств, перед сильными мира сего вставала проблема финансирования аврората, больницы святого Мунго и прочих государственных учреждений, существование которых полностью зависело от поступаемых из Гринготса средств. Предлагались разные варианты, даже маггловский способ сбора налогов с каждого гражданина, но они то и дело отклонялись, грозя затянуться на долгие месяцы, а то и годы.
Мир, ставший в одночасье совсем другим, преподносил все новые и новые сюрпризы. После проверки в Хогвартсе, и выявления среди учащихся представителей древних фамилий, многие взрослые рискнули проверить свои родословные, вернув в волшебный мир еще парочку исчезнувших родов.
Следя за зельем, Лили думала о том, что в ТОЙ жизни Гарри она была бы мертва уже больше десяти лет. Не было бы Ориона и Рега, не было бы близняшек, не было бы жизнерадостного, смешливого Сириуса и безграничного, всеобъемлющего пресловутого женского счастья.
Впрочем, в который раз за эти годы она думала о судьбе своего старшего сына. Он так и не рассказал, как ему жилось у Петуньи, но зная сестру, Лили не сомневалась, что хорошего в его жизни было мало. Туни ненавидела все, что было связано с волшебством, как и ее боров муж.
За все эти годы после смерти родителей они виделись с сестрой от силы раз пять-шесть, да и было это лишь в первые годы после смерти Джеймса. Потом, когда они с Сириусом поженились, связь совсем прервалась. Блэка Туни не переваривала категорически, и в их последнюю встречу сказала, что больше никогда не желает видеть их в своем доме.
- Ты совсем не следишь за зельем, Лили, – послышался голос Северуса, и леди Блэк вздрогнула.
- Да… задумалась о нашей жизни после переноса Гарри и его друзей из будущего, – ответила она, вздохнув. – Мне просто не верится, что я могла быть мертва много лет. За все эти годы так и не смогла к этому привыкнуть. Не было бы ни детей, ни моей жизни с Сириусом… А Гарри… Ты же знаешь Петунью, она… я уверена…
- Не забивай себе голову тем, чего уже никогда не будет, Лили, – сказал Северус. – Мы получили право на счастливую жизнь благодаря мистеру Лонгботтому, и должны воспользоваться им на полную катушку.
- Ты прав, но я как подумаю, что…
- Забудь, и живи, Лили, – Снейп усмехнулся. – Знаешь, а я ведь любил тебя, долго… но…
- Сев, ты… – отшатнулась в ужасе леди Блэк, но успокоилась, когда он покачал головой.
- Это была юношеская влюбленность, Лили, и она прошла, – он улыбнулся. – Не волнуйся, сейчас я испытываю к тебе лишь дружеские чувства, не более того.
- Слава Мерлину! – Лили чувствовала себя неуютно под взглядом его черных глаз. – Ладно, я пошла отдыхать. Это зелье выматывает, и я не думаю, что могла бы его сварить без твоей помощи.