Собрание сочинения в четырех томах. Том третий. Избранные переводы

  
49
 
 
 
В тот черный день (пусть он минует нас!),
 
Когда увидишь все мои пороки,
 
Когда терпенья истощишь запас
 
И мне объявишь приговор жестокий,
 
 
 
Когда, со мной сойдясь в толпе людской,
 
Меня едва подаришь взглядом ясным
 
И я увижу холод и покой
 
В твоем лице, по-прежнему прекрасном, —
 
 
 
В тот день поможет горю моему
 
Сознание, что я тебя не стою,
 
И руку я в присяге подниму,
 
Всё оправдав своей неправотою.
 
 
 
Меня оставить вправе ты, мой друг.
 
А у меня для счастья нет заслуг.
 
 
  
50
   
 
 
Как тяжко мне, в пути взметая пыль,
 
Не ожидая дальше ничего,
 
Отсчитывать уныло, сколько миль
 
Отъехал я от счастья своего.
 
 
 
Усталый конь, забыв былую прыть,
 
Едва трусит лениво подо мной, —
 
Как будто знает: незачем спешить
 
Тому, кто разлучен с душой родной.
 
 
 
Хозяйских шпор не слушается он
 
И только ржаньем шлет мне свой укор.
 
Меня больнее ранит этот стон,
 
Чем бедного коня — удары шпор.
 
 
 
Я думаю, с тоскою глядя вдаль:
 
За мною — радость, впереди — печаль.
 
 
  
51
 
 
 
Так я оправдывал несносный нрав
 
Упрямого, ленивого коня,
 
Который был в своем упрямстве прав,
 
Когда в изгнанье шагом вез меня.
 
 
 
Но будет непростительным грехом,
 
Коль он обратно так же повезет.
 
Да поскачи на вихре я верхом,
 
Я думал бы: как тихо он ползет!
 
 
 
Желанья не догонит лучший конь,
 
Когда оно со ржаньем мчится вскачь.
 
Оно легко несется, как огонь,
 
И говорит ленивейшей из кляч:
 
 
 
— Ты, бедная, шажком себе иди,
 
А я помчусь на крыльях впереди!
 
 
  
52
 
 
 
Как богачу, доступно мне в любое
 
Мгновение сокровище мое.
 
Но знаю я, что хрупко острие
 
Минут счастливых, данных мне судьбою.
 
 
 
Нам праздники, столь редкие в году,
 
Несут с собой тем большее веселье.
 
И редко расположены в ряду
 
Других камней алмазы ожерелья.
 
 
 
Пускай скрывает время, как ларец,
 
Тебя, мой друг, венец мой драгоценный,
 
Но счастлив я, когда алмаз свой пленный
 
Оно освобождает наконец.
 
 
 
Ты мне даришь и торжество свиданья,
 
И трепетную радость ожиданья.
 
 
  
53
 
 
 
Какою ты стихией порожден?
 
Все по одной отбрасывают тени,
 
А за тобою вьется миллион
 
Твоих теней, подобий, отражений.
 
 
 
Вообразим Адóниса портрет, —
 
С тобой он схож, как слепок твой дешевый.
 
Елене в древности дивился свет.
 
Ты — древнего искусства образ новый.
 
 
 
Невинную весну и зрелый год
 
Хранит твой облик, внутренний и внешний:
 
Как время жатвы, полон ты щедрот,
 
А видом день напоминаешь вешний.
 
 
 
Всё, что прекрасно, мы зовем твоим.
 
Но с чем же сердце верное сравним?
 
 
  
54
 
 
 
Прекрасное прекрасней во сто крат,
 
Увенчанное правдой драгоценной.
 
Мы в нежных розах ценим аромат,
 
В их пурпуре живущий сокровенно.
 
 
 
Пусть у цветов, где свил гнездо порок,
 
И стебель, и шипы, и листья те же,
 
И так же пурпур лепестков глубок,
 
И тот же венчик, что у розы свежей, —
 
 
 
Они цветут, не радуя сердец,
 
И вянут, отравляя нам дыханье.
 
А у душистых роз иной конец:
 
Их душу перельют в благоуханье.
 
 
 
Когда погаснет блеск очей твоих,
 
Вся прелесть правды перельется в стих.
 
 
  
55
 
 
 
Замшелый мрамор царственных могил
 
Исчезнет раньше этих веских слов,
 
В которых я твой образ сохранил.
 
К ним не пристанет пыль и грязь веков.
 
 
 
Пусть опрокинет статуи война,
 
Мятеж развеет каменщиков труд,
 
Но врезанные в память письмена
 
Бегущие столетья не сотрут.
 
 
 
Ни смерть не увлечет тебя на дно,
 
Ни темного забвения вражда.
 
Тебе с потомством дальним суждено,
 
Мир износив, увидеть день суда.
 
 
 
Итак, до пробуждения живи
 
В стихах, в сердцах, исполненных любви!
 
 
  
56
 
 
 
Проснись, любовь! Твое ли острие
 
Тупей, чем жало голода и жажды?
 
Как ни обильны яства и питье,
 
Нельзя навек насытиться однажды.
 
 
 
Так и любовь. Ее голодный взгляд
 
Сегодня утолен до утомленья,
 
А завтра снова ты огнем объят,
 
Рожденным для горенья, а не тленья.
 
 
 
Чтобы любовь была нам дорога,
 
Пусть океаном будет час разлуки,
 
Пусть двое, выходя на берега,
 
Один к другому простирают руки.
 
 
 
Пусть зимней стужей будет этот час,
 
Чтобы весна теплей пригрела нас!