Собрание сочинения в четырех томах. Том третий. Избранные переводы

  
Мое счастье
 
 
 
Доволен я малым, а бóльшему рад.
 
А если невзгоды нарушат мой лад,
 
За кружкой, под песню гоню их пинком —
 
Пускай они к чорту летят кувырком.
 
 
 
В досаде я зубы сжимаю порой,
 
Но жизнь — это битва, а ты, брат, герой.
 
Мой грош неразменный — беспечный мой нрав,
 
И всем королям не лишить меня прав.
 
 
 
Гнетут меня беды весь год напролет.
 
Но вечер с друзьями — и все заживет.
 
Когда удалось нам до цели дойти,
 
К чему вспоминать нам о ямах в пути!
 
 
 
Возиться ли с клячей — судьбою моей?
 
Ко мне, от меня ли, но шла бы скорей.
 
Забота иль радость заглянет в мой дом,
 
«Войдите! — скажу я, — авось проживем!»
 
 
  
Ответ на письмо
   
Сударыня,
 
 
Как этот год от нас далек,
 
Когда, безусый паренек,
 
Я молотить ходил на ток,
 
Пахал впервые поле
 
И хоть порой бывал без ног,
 
Но рад был этой школе.
 
 
 
В одном со взрослыми строю,
 
Товарищ их по плугу,
 
Я знал и полосу свою,
 
И юную подругу.
 
 
 
И шуткой,
 
Прибауткой
 
Под мерный звон косы
 
Я скрадывал минутки
 
И коротал часы.
 
 
 
Одной мечтой с тех пор я жил:
 
Служить стране по мере сил
 
(Пускай они и слабы!),
 
Народу пользу принести —
 
Ну, что-нибудь изобрести
 
Иль песню спеть хотя бы!
 
 
 
Я при уборке ячменя
 
Щадил татарник в поле.
 
Он был эмблемой для меня
 
Шотландской древней воли.
 
 
 
Пусть родом,
 
Доходом.
 
Гордится знатный лорд,—
 
Шотландской
 
Крестьянской
 
Породой был я горд.
 
 
 
Я был юнцом, но и тогда
 
Обрывки строк в часы труда
 
Твердил я непрестанно,
 
Пока подруга юных дней
 
Не придала строфе моей
 
И склад и лад нежданный.
 
 
 
Не позабыл я до сих пор
 
Моей подруги юной,
 
Чей звонкий смех и быстрый взор
 
Тревожил в сердце струны.
 
 
 
Краснея,
 
Не смея
 
Поднять влюбленный взгляд,
 
Срезал я,
 
Вязал я
 
Колосьев спелых ряд.
 
 
 
Да здравствует прекрасный пол!
 
Когда трещит от пляски пол
 
Во время зимней вьюги,
 
Мы забываем боль невзгод,
 
Нам сердце жаром обдает
 
Мы видим ясный небосвод
 
В глазах своей подруги.
 
 
 
Любви не знавший дуралей
 
Достоин сожаленья.
 
Во взоре матери своей
 
Увидит он презренье.
 
 
 
Укором,
 
Позором
 
Мы заклеймим того,
 
Кто не любил
 
В расцвете сил
 
На свете никого!
 
 
 
Пусть вы, сударыня, росли
 
Под кровом дедовским — вдали
 
От наших изб крестьянских,
 
Вам незнаком амбар и хлев,
 
Зато вам пó сердцу напев
 
Старинных лир шотландских.
 
 
 
Спасибо вам за ваш привет.
 
Горжусь таким союзом.
 
Благодарю за пестрый плед.
 
Я в нем приятней музам.
 
 
 
Простой наряд страны моей, —
 
Он для меня дороже
 
Всех горностаев королей
 
И бархата вельможи.
 
 
 
Прощайте!
 
Не знайте
 
Ни горя, ни потерь.
 
Пусть ссоры,
 
Раздоры
 
Минуют вашу дверь!
 
 
  
За тех, кто далёко
 
 
 
За тех, кто далёко, мы пьем,
 
За тех, кого нет за столом.
 
А кто не желает свободе добра,
 
Того не помянем добром.
 
 
 
Добро быть веселым и мудрым, друзья,
 
Хранить прямоту и отвагу.
 
Добро за шотландскую волю стоять,
 
Быть верным шотландскому флагу.
 
 
 
За тех, кто далёко, мы пьем,
 
За тех, кого нет за столом.
 
За Чарли, что ныне живет на чужбине,
 
И горсточку верных при нем.
 
 
 
Свободе — привет и почет.
 
Пускай бережет ее Разум.
 
А все тирании пусть дьявол возьмет
 
Со всеми тиранами разом!
 
 
 
За тех, кто далёко, мы пьем,
 
За тех, кого нет за столом.
 
За славного Тэмми, любимого всеми,
 
Что нынче живет под замком.
 
 
 
Да здравствует право читать,
 
Да здравствует право писать.
 
Правдивой страницы
 
Лишь тот и боится,
 
Кто вынужден правду скрывать.
 
 
 
За тех, кто далёко, мы пьем,
 
За тех, кого нет за столом.
 
Привет тебе, воин, что вскормлен и вспоен
 
В снегах на утесе крутом! 
 
 
  
Cон (отрывок)
   
 
За речи, мысли и дела карает нас закон,
 
Но не карает никого за вольнодумный сон.
 
Прочитав в газетах оду поэта-лауреата и описание торжественного приема во дворце по случаю дня рождения короля 4 июня 1786 года, автор заснул и увидел во сне, будто он присутствует на этом приеме и читает следующее приветствие: