Птицы

 
 
Разложи по порядку
 
Эти крылья теперь:
 
Птицы певчие – там, птицы-вестники – здесь,
 
А морские – вон там, чтобы каждый себе
 
Выбрал нужные крылья.
 
 
 Писфетер 
 (рабу) 
 
 
Клянусь чижами, руки так и чешутся,
 
Когда я вижу лодыря негодного.
 
 
 Бьет Раба, тот убегает. 
    
Эписодий одиннадцатый
 
 Входит Непокорный сын. 
 Непокорный сын 
 (поет) 
 
 
О, если б орлом поднебесным я сделался, вдруг,  [125]
 
Над морем пустынным летел бы, над бездною волн,
 
Над водой бирюзовой!
 
 
 Писфетер 
 
 
Все, что сказал нам вестник, – правда сущая:
 
Уже идут сюда и про орлов поют.
 
 
 Непокорный сын 
 
 
Э-гей!
 
Всего на свете слаще – в небесах летать!
 
Порядки птичьи мне ужасно нравятся.
 
Я без ума от птиц, я с вами жить хочу,
 
Я очарован вашими законами.
 
 
 Писфетер 
 
 
Какими же? У птиц законов множество.
 
 
 Непокорный сын 
 
 
Да всеми. Но, пожалуй, тем особенно,
 
Что разрешает бить, кусать, щипать отца.
 
 
 Писфетер 
 
 
Да, Зевс свидетель, это признак мужества
 
У нас, когда цыпленок бьет родителя.
 
 
 Непокорный сын 
 
 
Здесь поселиться я хочу поэтому,
 
Избить отца и завладеть добром его.
 
 
 Писфетер 
 
 
У нас, у птиц, еще закон имеется,
 
Запечатленный на скрижалях аистов:
 
Когда родитель-аист вскормит птенчиков
 
И все его птенцы летать научатся,
 
Тогда они кормить отца обязаны.
 
 
 Непокорный сын 
 
 
Свидетель Зевс, какая ж это выгода,
 
Когда отца еще кормить приходится!
 
 
 Писфетер 
 
 
Постой. Уж раз ты предан роду птичьему,
 
Я, как сиротку-птичку, снаряжу тебя.  [126]
 
Сейчас тебе я, мальчик, то поведаю,
 
Что сам узнал, еще ребенком будучи.
 
Мой друг, отца не бей! Возьми-ка в руки ты
 
Крыло вот это, а в другую – это вот.
 
 
 (Дает ему щит и меч.) 
 
 
Султан пусть будет гребешком петушечьим.
 
 
 (Дает шлем с султаном.) 
 
 
Стой на посту, сражайся, сам корми себя!
 
Отца не трогай. А подраться хочется –
 
Во Фракию ступай на дело ратное.
 
 
 Непокорный сын 
 
 
Свидетель Дионис, ты прав, мне кажется.
 
Я так и поступлю.
 
 
 Писфетер 
 
 
И не раскаешься.
 
 
 Непокорный сын уходит. 
  
Эписодий двенадцатый
 
 Появляется сочинитель дифирамбов Кинесий. 
 Кинесий 
 (поет) 
 
 
Поднимусь к Олимпу я
 
На легких крыльях.
 
По дорогам песен я
 
Порхаю неустанно.
 
 
 Писфетер 
 (в сторону) 
 
 
Ну, здесь и сотней крыльев не отделаться!
 
 
 Кинесий 
 
 
Тело крепко, бесстрашна душа.
 
Все лечу я, лечу я!..
 
 
 Писфетер 
 (узнает Кинесия) 
 
 
Кинесий! Старина! Добро пожаловать!  [127]
 
Какие песни к нам несут увечного?
 
 
 Кинесий 
 
 
Я нежной птичкой стать хочу,
 
Звонкоголосым соловьем.
 
 
 Писфетер 
 
 
Довольно песен. С чем пришел, рассказывай!
 
 
 Кинесий 
 
 
Дай крылья мне, чтоб в небо я отправился
 
И в облаках нашел напевы новые,
 
Особенные, вихревые, снежные.
 
 
 Писфетер 
 
 
Но разве дифирамбы в облаках берут?
 
 
 Кинесий 
 
 
О да, на этом все у нас основано.
 
Великолепие искусства нашего
 
В воздушности, крылатости, туманности
 
И непонятности. Послушай песнь мою!
 
 
 Писфетер 
 
 
Я не желаю слушать.
 
 
 Кинесий 
 
 
Нет, послушаешь.
 
Я для тебя все небо облететь готов.
 
 
 (Поет.) 
 
 
Крылатые тени
 
Пернатых видений,
 
Птицы с длинною шеей!
 
 
 Писфетер 
 
 
Вот как!
 
 
 Кинесий 
 
 
Я бы блуждал над простором морей
 
Вместе с порывами ветра.
 
 
 Писфетер 
 
 
Сейчас, клянусь, твои порывы кончатся.
 
 
 Кинесий 
  
 
 
То к полуденным странам бесстрашно лечу,
 
То на север крылатое тело несу,
 
Бороздя бесконечные дали Эфира.
 
 
 (Писфетеру.) 
 
 
Да, старичок, прекрасно ты устроился.