Совершенно несекретно (СИ)

— Я когда приехала на практику в нашу БСМП, мне сразу комнату в общежитии не дали, — рассказывает свою историю Катя. — Случайно встретилась с Леной на улице — она и предложила временно у тебя пожить. Ключ дала. Сказала, ты не будешь против. Только велела поливать цветы. У неё, бедной, аллергия на них, оказывается, а она вынуждена ходить и поливает твои цветы!
Ну, ясно — Ленка знала, что у нас с Катей были отношения… Ну и, поскольку душа у неё добрая, помогла знакомой. За мой счёт, конечно. Но я не в обиде. Кате сейчас… двадцать восемь? Двадцать девять? В самом соку, короче! И Марты пока нет…
  
Вот только если той кто ляпнет? Тот же Леонид?.. Ничего, пристрою я Катю. А цветы вообще выкину к чертям! Ишь ты — «мои» они, оказывается… И ведь уже разыграла сцену: мол, Штыба-гад заставил женщину с аллергией поливать свои цветы!
— Сегодня же выкину, — кровожадно прошипел я, имея в виду, конечно, цветы.
— Толя, ты чего?.. Это из-за того, что я тебе не писала? — неправильно поняла меня Катя, и её голос задрожал от обиды.
— Да я не про тебя! — морщусь я. — Дай, хоть домой зайду.
— Баб, ты оделась? — кричит в комнату Катя и отступает в сторону, впуская меня внутрь. — Ну, слава богу, а то я боялась, что ты против будешь.
— Не буду. И с жильём помогу. Ты надолго к нам?
— Ма-а-а-м, это кто? Мой папа? — раздался вдруг тоненький голосок.
Вглядываюсь в полумрак прихожей. Пацаненок — светловолосый, курносый, в руках машинка с обломанным колесом.
Э… секс с Катей был летом 85-го, вроде. А ребенку сколько?
— Сколько тебе лет, мужчина? — спрашиваю ласково, присаживаясь на корточки, чтобы не пугать его своими размерами.
Сейчас красивые Катины ноги меня совсем не интересовали, и халатик свой она одергивает совершенно зря.
— Тли! — радостно выпалил малыш.
Да чтоб тебя!
— Почти три, — засмеялась Катюша, а я лихорадочно принялся высчитывать, сколько прошло времени с августа восемьдесят пятого с учетом полагающихся девяти месяцев до рождения…