Дело об опознании
Когда вчера приехал я, вам потребовалось срочно избавиться от улик.
Поэтому пришли люди Вейна и забрали бутылки с отравой, а заодно — и маркиза. Если вам требуются еще какие-нибудь доказательства, могу сказать, что мы обнаружили на этом корабле — там были бутылки, содержащие дешевый бренди и измельченные грибы. И НА ВСЕХ ЭТИХ БУТЫЛКАХ ЯРЛЫК «СЕН КОРЛАН МИШЕЛЬ-46»! Вы можете ответить мне, у кого еще в Шербуре есть такие пустые бутылки?
Сэр Гийом отступил на шаг.
— Ложь! Грязная ложь!
— Нет! — раздался твердый голос со стороны двери. — Правда! Чистая правда!
* * *Сам лорд Дарси видел, как капитан сэр Андрю беззвучно открыл дверь и впустил в комнату еще троих, но никто другой этого не заметил. Теперь все повернулись на звук голоса.
В кресле-каталке сидел Хью, маркиз Шербурский; несмотря на побледневшее лицо, он выглядел достаточно здоровым. Кресло вкатил сэр Джеймс ле Лейн. Немного сбоку стоял отец Патрик.
— Сказанное лордом Дарси верно до мельчайших деталей, — ледяным голосом произнес маркиз.
Судорожно вздохнув, сэр Гийом повернул голову к миледи маркизе.
— Но вы же сказали, что он лишился ума!
— Маленькая ложь, чтобы поймать большого предателя.
В голосе маркизы также был лед.
— Сэр Гийом де Браси, — произнес сэр Джеймс из-за спины маркиза, — именем короля я обвиняю вас в измене!
И тут произошли два события. Рука сэра Гийома дернулась к карману.
Одновременно рапира лорда Сейгера уже наполовину вышла из ножен. К тому моменту, как сэр Гийом выхватил свой пистолет, клинок рассек его яремную вену. Сэр Гийом успел повернуться и выпустить всего одну пулю, а затем рухнул на пол.
Лорд Сейгер стоял и со странной улыбкой на губах смотрел на распростертое тело сэра Гийома.
На секунду все замерли, не было ни звука, ни движения. Затем отец Патрик бросился к сенешалю. Но тут уже не могли помочь все его способности целителя.
Затем маркиза подошла к лорду Сейгеру и взяла его за левую руку.
— Милорд, прочие, возможно, осудят вас за этот поступок. Но не я. Это чудовище обрекло сотни невинных на безумие и смерть. Он почти преуспел в том же с моим возлюбленным Хью. Если уж о чем жалеть, так это о том, что такая смерть слишком для него легка. Я не осуждаю вас, милорд. Я вам благодарна.
— Это я благодарен вам, миледи. Но я только выполнил свой долг.
Голос его звучал как-то странно.
— Я выполнял приказ, миледи.
А затем медленно, словно из него выпустили воздух, лорд Сейгер осел на пол.
И только теперь лорд Дарси и отец Патрик сообразили, что пуля сэра Гийома попала в лорда Сейгера, хотя до этой секунды он ничем не выдал этого.
У лорда Сейгера не было совести, однако по своей собственной инициативе он не был способен убить кого-либо, даже не мог просто защитить себя. Решения за него принимал сэр Джеймс. Лорд Сейгер был агентом короля, он мог убить без малейших колебаний, но — только по приказу сэра Джеймса; в остальном он был абсолютно безвреден. Сам он не мог принять решение, только — сэр Джеймс.
— Но...
Сэр Джеймс все еще не мог оторвать взгляда от лежащего на полу лорда Сейгера.
— Но как он мог? Я же ему не приказывал.
— Нет, вы приказали, — устало откликнулся лорд Дарси. — На корабле. Вы приказали ему уничтожить предателей. И теперь, когда вы обвинили сэра Гийома в измене, лорд Сейгер мгновенно начал действовать. Он наполовину обнажил свою рапиру еще до того, как сэр Гийом добрался до своего пистолета. Он совершенно хладнокровно убил бы сенешаля, если бы тот даже и не шелохнулся. Он был вроде газового фонаря, сэр Джеймс. Вы его включили — и забыли выключить.
Ричард, герцог Нормандский, посмотрел на лежащее у его ног тело. Лицо лорда Сейгера совсем не изменилось. При жизни на этом лице редко бывало какое-либо выражение. Не было на нем выражения и сейчас.
— Что с ним, преподобный отец? — спросил герцог.
— Он умер, Ваше Высочество.
— Упокой, Господи, его душу, — сказал герцог Ричард.
Восемь мужчин и одна женщина молча перекрестились.