Вопреки опасениям (ЛП)

 — А кто-то из нас вообще считал Андреа другом? — с горечью прошептал я. Серега приподнял брови, будто был удивлен моему вопросу. — Знаешь, я пытаюсь заставить себя сочувствовать его родным, Максу, но не выходит. В какой-то степени я даже виню их, ведь они могли предотвратить этот кошмар. Макс мог! Они должны были догадаться раньше нас, какой Андреа чудовище. Но они ничего не сделали, как и мы тоже. Никто не стал его останавливать...
  
 Мой голос сорвался на последней фразе. Я сжал челюсти, внушая себе успокоиться. Мне известно, что Серега намеренно скрыл от меня встречу с Максом, которая произошла на днях, а когда рассказал об их разговоре, злиться на него уже было поздно. На то и был расчет.
 И как бы мне ни хотелось присутствовать при их беседе, чтобы слышать каждое слово, каждое оправдание, которым Макс наверняка выгораживал своего младшего брата, давя на жалость, я понимал, что лучше мне от этого не станет. И по одобрительному взгляду Сереги тогда догадался: он доволен моим невмешательством.
 — Обвинениями ты ничего не исправишь, братишка, только угробишь свою психику. Все позади, Андреа больше нет, он тебя не слышит. А если ты не прекратишь себя терзать, все закончится хреново, вот увидишь.
 — А как прекратить, Серег? — спросил я, понимая, что отчаяние вновь берет надо мной верх. — Когда вижу Алмаза на больничной койке...я  не могу  . Я просто не знаю, как дальше жить. Ты прав: вся эта злость сожжет меня изнутри, но по-другому не выходит.
 Серега понимающе молчал, позволяя мне высказаться. Он будто бы чувствовал, что мне необходимо выплеснуть скопившиеся эмоции, потому что я не находил в себе силы сопротивляться их напору.
 — Андреа всегда хотел причинить нам всем боль, — продолжил я, переводя дыхание. — Просто не знал, за что зацепиться. У Гриши все в жизни шатко, бизнес в основном ведет отец, девушки меняются каждый месяц. Ты непрошибаем, у тебя нет уязвимых мест, да и вряд ли Андреа рискнул бы бросить тебе вызов. Со мной было аналогично — он всегда знал, что я не стану с ним церемониться, плюс ты встанешь на мою защиту. Поэтому он выбрал идеальной мишенью Алмаза, видя, как он мне дорог. Все было бы иначе, влюбись я в девушку, Андреа бы отреагировал не так. Ведь куда проще заставить меня сомневаться в чувствах Алмаза ко мне, сыграть на моих страхах и недоверии, чем искать повод разлучить с девчонкой.
 Серега провел ладонью по всклокоченным волосам, пытаясь уложить в голове мою слишком эмоциональную речь. Я и сам не понял, что мною двигало, когда я осмелился сказать такое вслух. Буквально признал себя самым слабым звеном по той лишь причине, что влюбился в парня.
 — Тебе полегчало? — без тени насмешки произнес Серега. Я не сдержал грустный смешок, хотя точного ответа не знал. — Федук, а что бы ты сказал Андреа перед смертью, если бы у тебя была такая возможность?
 Признаться, его вопрос застал меня врасплох. Серега смотрел так пристально, что под его взглядом я замялся. Затем медленно запрокинул голову, обращая взор на ярко-голубое небо с плывущими по нему редкими облаками. Прикрыл глаза, вспоминая бледное лицо Андреа, отчетливый шрам на брови, пронизанный злобой взгляд зеленых глаз, едва уловимую кривую усмешку, за которой скрывалось столько боли и безнадежности, и сердце тотчас сжалось от противоречивых чувств.
 В сознании сами собой всплыли слова, которые я прошептал одними лишь губами, обращаясь к призраку бывшего друга:
 — Мы оба проиграли, Андреа. Только ты проиграл  дважды  .
  продолжение следует в книге «Вопреки терзаниям»...