Победитель всегда прав
– Хорошая комбинация.
– Хозяин наверху, – сказал охранник.
– В кабинете? – уточнил Супонев.
– Да.
– Он спустится? Охранник пожал плечами.
Дверь кабинета открылась, и Супонев услышал голос Гаспарова:
– Поднимайся сюда, Сергей, и журналистку веди.
– Пошли, – сказал Супонев, несильно толкая Варвару в спину.
Та двинулась по мягкому ковру к лестнице, ведущей на второй этаж. Она увидела мужчину, сидящего в кресле, лицо которого показалось ей знакомым. Следом за Варварой порог переступил Супонев, он держал правую руку в кармане, пальцы сжимали револьвер. Но выхватить оружие Супонев не успел, Муму сильно ударил его по голове рукояткой пистолета, тут же захлопнул дверь и повернул ключ. Супонев упал. Муму наклонился, вытащил из кармана револьвер. Варвара шарахнулась к стене.
– Тише, спокойно!
Она не сразу узнала Дорогина. Сергей сорвал пластырь, затем перерезал веревку на ее руках. Гаспаров сидел, боясь шевельнуться.
– Возьми телефон, Варя, звони Терехову. Быстро! – Сергей продиктовал номер. – Скажи своим, – зайдя за спину Гаспарова и упирая ствол пистолета в его затылок, произнес Дорогин, – чтобы сюда не совались, иначе я тебя прикончу, разряжу в твою башку всю обойму.
– Не лезьте сюда, не лезьте! – закричал Гаспаров, когда два охранника, услышав грохот, попытались открыть дверь в кабинет хозяина. – Не лезьте сюда! – истерично, брызгая слюной, закричал Гаспаров.
Охранники с пистолетами в руках замешкались. Су-понев попытался подняться, но Дорогин ногой ударил его в голову. Супонев растянулся на ковре, ноги его дернулись.
Белкина смотрела на все испуганно, тыча онемевшими пальцами в кнопки телефона.
– Звони, Варя, торопись!
– Не получается, – всхлипывая, произнесла Белкина, словно она не кнопки телефона нажимала, а пыталась продеть нитку в ушко иголки, а нитка не лезла.
– Давай, Варя, давай! И к стене, к стене прижмись! Белкина прижалась к стене. Дверь была сработана на совесть. Охранник с разбегу попытался плечом высадить ее, но дверь выстояла. Сергей дважды выстрелил в дверь, грохот заполнил дом.
– Уроды, не лезьте сюда, не лезьте! Я вам что сказал! – закричал Гаспаров.
Охранник на выстрелы Дорогина тоже ответил выстрелами. Сергей не успел оттолкнуть кресло, в котором сидел со связанными руками Гаспаров, и пуля, пробив дверь, вошла ему в шею. Гаспаров захрипел, запрокинул голову и, корчась, упал на пол. Сергей еще раз выстрелил в дверь и услышал крик. Он подбежал к письменному столу, массивному и тяжелому, и принялся толкать его к двери кабинета. Затем присел на корточки, прижал пальцы к сонной артерии на шее Гаспарова. От двери отлетали щепки.
Дорогин прыгнул в сторону от мертвого Гаспарова. Когда в его пистолете кончились патроны, он принялся стрелять из револьвера Супонева.
Через двадцать минут послышался вой милицейских сирен. Охрана Гаспарова сдалась, понимая, что сопротивление бесполезно.
– Все-таки день выдался удачный, – сказал полковник Терехов. Он был в бронежилете поверх черной рубашки.
– Ночь, – ответил Дорогин.
– Наверное, мне тебя, Дорогин, надо арестовать.
– Не вопрос, полковник, – сказал Сергей, протягивая к Терехову руки.
– Все-таки хорошая вещь – телефон. По твоему звонку, Варвара, мы бы прибыли к шапочному разбору, – оглядываясь по сторонам и встретившись взглядом с Супоневым, на руках которого были наручники, сказал полковник Терехов. – Хорошо, что Якубовский смог до меня дозвониться, очень даже хорошо.
Варвара стояла у бильярдного стола и дрожала. От волнения она даже не могла говорить. Затем вдруг, придя в себя, бросилась на шею Муму и принялась его целовать.
– Хорошо, Сергей, что твоя Тамара этой душераздирающей сцены не видит. Кстати, Варя, для тебя есть еще одна хорошая новость – Черкизяну поставили диагноз «шизофрения».
– Эта новость для врачей, но не для меня. Терехов пошел на улицу. Сотрудники спецподразделения уже заталкивали в машину Супонева и охранников Гаспарова. А в машину «Скорой помощи» сносили со второго этажа прикрытый белой тканью труп Эдуарда Гаспарова.
– Пошли, Варя, выпьем чего-нибудь, – Дорогин вел Белкину, одной рукой бережно прижимая ее к себе. Другая рука сжимала ручку большого, как два фотографических кофра, портфеля.
Слезы текли по лицу Варвары, но она их абсолютно не стеснялась.