Сорвать банк

– Какого черта, Луи! Я нанял тебя, поверил тебе, что ты можешь справиться с любым мошенником. Что знаешь все их трюки и все шайки, и так далее, и так далее...
В голове Луи наконец прояснилось.
– Послушайте, босс, – сказал он. – Тот малый, ну, кто меня свалил апперкотом, – профессионал, боксер-экстра. Я сначала его недооценил. Но когда он провел еще и свой прямой, я узнал стиль. Это Сид Дженникс, чтоб мне провалиться. Когда-то он дрался за чемпионство, только его подставили. А был он хорош – просто великолепен в бою. – Луи посмотрел на полицейского, потом на меня. – Ну а этот парень бокс знает плохо. Он – мозг. Это точно. Хоть для меня он и новенький.
Хозяин рассердился:
– Что ты несешь, Луи? Почему ты не отнял у них чашки с монетами, которые они сняли с автомата? Была бы хоть какая-то улика.
Служитель безмолвствовал.
– Это самое ты и пытался сделать, когда вывернул мне кисть? – поинтересовался я, приходя ему на выручку.
Луи безмолвствовал.
Хозяин, туча тучей, навис над ним.
– Давай, Луи, выметайся-ка отсюда!
Луи поплелся из кабинета, так и не проронив больше ни слова.
Хозяин повернулся ко мне:
– Все перепуталось, видите ли, все нехорошо.
– Для вас.
– Для одного из нас, – уточнил он. – Я увяз с этим дураком Луи, но не думайте, что я собираюсь выходить из игры... Кстати, почему бы вам не рассказать о себе?
– Что именно?
– Кто вы, чем занимаетесь?.. Откуда мне знать, что это все-таки не мошенничество.
– Что, собственно, не мошенничество?
– Да вся эта канитель. – Помолчав, добавил: – Вы не сможете заставить меня раскошелиться просто так, все равно придется рассказать свою историю в суде, стало быть, можете начинать прямо сейчас.
– Еще раз... Я – частный детектив. Здесь я по делу. Работаю в детективном агентстве Б. Кул в Лос-Анджелесе. Берта Кул вместе с клиентом в настоящее время находятся в отеле «Сал-Сагев». Хотите, можете ей позвонить. Берта Кул несколько месяцев провела в клинике. Выписалась только сегодня. Я вел все дела в конторе. Здесь я для того, чтобы попытаться найти одного человека. Этого человека не было дома, когда я зашел его проведать... Пришлось убивать время, играть на автоматах.
И хозяин казино, и полицейский чин хотели перебить меня, но я монотонно продолжал:
– Я рискнул долларом без всякой задней мысли. Последний никель подарил мне две вишенки. Я сгреб выигрыш, а следующим никелем сорвал банк. До этой игры не видел тех двоих, кого вы мне определяете в сообщники. И я полный профан в махинациях с игральными автоматами. А рассказываю все это потому, что не хочу допустить, чтобы вы выступали перед присяжными и укоряли, что, мол, я не стал сотрудничать с вами, скрывал информацию... Теперь ваш ход, джентльмены.
Хозяин помолчал с минуту, затем поднял трубку со словами:
– Меня на пушку так просто не возьмешь.
– Действуйте, действуйте, – ободрил я его.
Он вызвал отель «Сал-Сагев».
– У вас зарегистрирована Берта Кул из Лос-Анджелеса? Соедините меня с ней. – Подержал трубку у уха и тут же передал ее полицейскому: – Лучше, Билл, сделаем все официально, на всякий случай.
– Угу, – ответил полицейский.
Трубка моментально исчезла в его громадной лапище. Билл прижал трубку к левому уху. По лицу стало видно, когда Берта ответила им.
– Это лейтенант Уильям Клейншмидт из полиции Лас-Вегаса. У вас работает человек по имени Дональд?.. Лэм? Ясно... Можете его описать?
Лейтенант, держа трубку, смотрел на меня, сверяя описание с оригиналом. Он ухмыльнулся, и я понял, что тут Берта ввернула одно из своих забористых выражений.
– А вы руководите агентством в Лос-Анджелесе, так? Ну, большое спасибо, миссис Кул... Нет, он ничего не сделал. Я просто проверял его, вот и все. Да, погодите, не бросайте трубку. – Он закрыл ладонью микрофон, посмотрел на хозяина казино: – Все совпадает. Она хочет с ним поговорить.
Хозяин устало вздохнул:
– Соедини его, что ж тут поделаешь.
Бравый страж порядка вручил мне трубку, горячую и влажную.
– Хэлло, Берта.
– Что ты на этот раз умудрился сотворить?
– Ничего.
– Вздор!
– Я раздобыл сведения об интересующем нас лице.
– Разговаривал с ней?
– Нет.
– Значит, пока твои сведения не приносят нам никаких дивидендов.
– Я знаю, Берта... Ее не было дома.
– Ну, и чем же, черт возьми, ты занимался, узнав об этом?
– Я навестил других людей. Затем вновь отправился к нашей особе. Ее не было дома. Пережидая, заглянул в казино и сыграл с автоматом.
– Что?! – Берта едва не завизжала в трубку. – Для чего просаживать деньги?
– Потому что особа, которую я ищу, ошивается у автоматов в этом казино.
– Теперь слушай меня, Дональд Лэм! – завопила Берта. – Найти женщину можно иначе. С тобой одни неприятности... И сколько ты выложил?
– Девятнадцать монет по пять центов. Без результата. Я даже не...
Она меня перебила:
– Так тебе и надо, Дональд, и не вздумай рассматривать проигрыш как рабочие издержки. Всякий раз, когда захочешь сыграть, играй только за свой счет. Мне все равно...
– А потом, – теперь я храбро перебил Берту, – я выиграл пятнадцать центов последним броском...
– А потом, я полагаю, их же просадил...
– А последним никелем я сорвал банк!
И – молчание. Ласковый голос Берты прожурчал, как музыка:
– Сколько же ты выиграл, дружок?
– Не знаю, в тот момент на меня и свалилась полиция Лас-Вегаса. Они полагают, что я мухлевал.
– Теперь послушай меня, Дональд Лэм! У тебя, кажется, есть мозги. Если у тебя не хватит ума избежать тюрьмы, считай себя уволенным. Ты можешь понять, что мы должны работать быстро?
– Конечно, конечно. – И я повесил трубку.
Лейтенант в это время рассказывал:
– Она говорит про него, что это шашка динамита размером в пол-литровую бутылку, что у него выдержка боксера, а удар, – Клейншмидт ухмыльнулся, – не смахнет и мух с банки варенья, но подраться он всегда готов.
Хозяин казино испустил вздох, казалось, из глубины души.
– Ладно, Лэм, вам сколько?
– За что?
– За все. Полная расплата.
– Я не могу устанавливать цену.
– Вы что, свихнулись? Не понимаете, о чем я говорю? Вероятно, вы работаете за десять долларов в день. Пятьдесят долларов уладит дело?
– Вы слышали, что Берта сказала обо мне полицейскому?
– Пусть будет сотня, для ровного счета.
Я стал разглаживать складки на своем костюме. Пиджак обвис под тяжестью медяков в боковых карманах.
– Как вас зовут? – спросил я хозяина казино.
– Харви Брекенридж... Я хочу, чтобы вы поняли, Лэм: в том, что случилось с вами здесь, нет ничего лично против вас. Когда заправляешь таким заведением, нередко приходится прибегать к крутым мерам.
Я протянул ему правую руку:
– Ладно, мистер Брекенридж, побоку обиды... В конце концов, это деловой вопрос. Мой адвокат свяжется с вашим.
– Послушайте меня, Лэм. Будьте благоразумны. По всей стране шляются пройдохи, которые жульничают с игральными автоматами. Мы теряем из-за них тысячи долларов ежегодно. Мы продолжаем устраивать засады, но их чертовски трудно подловить. Луи, мой помощник, пришел ко мне в поисках работы неделю назад. Он утверждал, что знает все мошеннические шайки, которые сосут игровой бизнес. Луи был чемпионом по боксу на флоте и, случается, слишком рьяно пускает в ход кулаки... А тут он нарвался, по-моему, обалдел от удара, вот и все. Послушайте, почему бы вам не проявить благоразумие и...
– Я-то благоразумен, – сказал я. – А вы – нет. Я был выставлен на посмешище. Я был унижен. Ладно бы еще это, но вы связались с моей начальницей и вынудили меня к объяснению.
– О, черт, забирайте пятьсот долларов наличными, напишите расписку, и разойдемся с миром.
Я повторил:
– Никаких обид, Брекенридж. Это просто деловой вопрос.
И направился к двери. Подойдя, обернулся:
– Поймите, Брекенридж, не занимайся я здесь очень важным делом, я бы так не беспокоился. Но вы спросили, и мне пришлось объявить свое имя перед всей публикой... Я же следил именно за той девушкой. Теперь мне понадобится чертова уйма времени, чтоб как-то с ней разобраться.