Олегархат районного масштаба (СИ)
— Ага, как заводы за свой счет строит — ей не жалко, а взносы платить… а я тебе спецнадбавку к зарплате устрою.
— Ткем более жалко будет: надбавка вроде и есть, в денежек все равно нет. А так как семья моя постоянно в численности растет… Не хочу.
— Ладно, я тебе предложил, мнение твое выслушал. И считаю его глупостью несусветной — но, как я уже сказал, ты сама девочка большая и решать тебе. По работе твоей у меня особых замечаний нет, постановление о снятии Славского я утром уже подписал, теперь министром будет товарищ Первухин, и, надеюсь, с ним ты все же поладишь. А в понедельник у тебя встреча с Пантелеймоном Кондратьевичем, так что позавтракай поплотнее и оденься в начальственную одежду. И ты это, хоть с ним-то не ругайся, ладно?
К разговору с товарищем Пономаренко я, как выяснилось, была совершенно не готова. Потому что думала, что он начнет разбирать мои «сырые» постановления или еще какие-то проуколы в работе найдет: я точно знала, что он кое-какие затеи, реализуемые в Комитете, не приветсвует. Или, чего я опасалась больше всего, начнет эксперименты с ЭКО критиковать: противников этого, насколько я знала, было немало. Однако разговор пошел вообще у другом:
— Светлана Владимировна, я… я вот о чем спросить вас давно хотел. Павел Анатольевич говорил, что вам, в ваши шестнадцать лет, Иосиф Виссарионович поручил самостоятельно выбрать, какую операцию по… в общем, как строй наш защищать? Он не выдумал?
— Это не стул.
— Что?
— Анекдот я дурацкий вспомнила. За границей арестовали кого-то, подозреваемого в преступлении, и повели на допрос. А там адвокат его встречает — положено у них допросы с адвокатом проводить. И адвокат это подозреваемому сразу говорит: все отрицайте. А полицейские: вот вам стул, присаживайтесь…
— И что? А, понял, действительно забавный анекдот, — но лицо у Пантелеймона Кондратьевича осталось совершенно серьезным. — Извините, тогда другой вопрос: врачи считают, что товарищ Булганин скорее всего к работе вернуться не сможет в обозримое время, и есть мнение товарища Патоличева утвердить в должности Предсовмина на постоянной основе. А вас тоже на постоянной основе сделать первым его заместителем. Вы результаты показали крайне неплохие, большинство министров считают, что именно вы сейчас можете серьезно улучшить деятельность всех оборонных министерств, да и не только их. Вы согласны занять этот пост? Мы считаем, что вы с работой справитесь, а сами вы как считаете?
— А как насчет Комитета?
— А кому сейчас легко? У нас половина актива по несколько постов занимает…
Я внимательно поглядела на Пантелеймона Кондратьевича, демонстративно позагибала пальцы на руке:
— Ну, еще месяца на три я на этой работе остаться точно согласна, даже на четыре. А вот что будет потом… думаю, потом и посмотрим. Как там правильно говорить-то надо: надеюсь, что не посрамлю и оправдаю. У вас еще вопросы есть? Если нет, то пойду дальше работать.
— Да, конечно… а с вопросами я к вам попозже заеду, если вы не возражаете. Они не срочные, но для меня, для партии и всей страны все же важные. И мы их с вами и обсудим. Потом… — он тоже внимательно на меня посмотрел, слегка улыбнулся, — через три месяца. Или даже через четыре…