Мифы и легенды народов мира. т.3. Древний Египет и Месопотамия
Демон Пацуки. Бронзовая фигурка. Лувр. Париж
Гимн Шамашу [257]
Неба привратник,Шамаш прославленный!Жизни хранитель, царской власти оплот,Бог сияния и ликования, гонитель страха,Рожденного Апсу,Страж уставов, назначенных Эа [258],Зоркое око над всеми странами,Торговцам безопасность дарующий,Наполняющий землю богатствами.Породы деревьев все драгоценные —Кипарис и кедр с можжевельником,Ароматное масло и мед сладчайший,Сохраняющий для люда торгового,На суда грузить помогающийИ эти товары и богам благовония,Блеск свой по всей земле расточающий,Лучами своими весь мир покрывающий,Одаряющий двор Энна-УраСвинцом, золотом, ляпис-лазурью.Земля травою зеленой покроется,Засверкают на небе молнии,Вздрогнет Шаршар, гора могучая,При появлении лучей Шамаша,Богатства его великого.Быки разбегутся в ужасе.Шамаш сиятельный, торговец доблестныйМоре пересечь торопится,Чтобы там насладиться отдыхом.Там в чертоге, Шамашу назначенном,Трон поставлен его сиятельству,Сыну Сина святилище [259].Боги к порогу дома приблизились,Также и звезды, с неба сошедшие.Светом его наслаждаются издали,Чтоб не мешать досугу властителя.Рассекает Апсу Эа ударами,В Апсу двое богов спускаются [260],Остальные — над Апсу устроились.Шамашу слава!Кура и Барама [261]
Приносит царица, покидая дом отца своего, золотой браслет в качестве дара, и передает она для бога Солнца овцу как священное приношение. Но не входит царица, покидая дом отца своего, в храм бога Кура. И не поднимается она на стены города, но простирается на земле за их пределами. Помедлив у ворот храма Куры, вступает она на вспаханное поле [262]. И получает она на вспаханном поле красное одеяние с пестрой полосой, облачается в него, украшает себя золотой цепью и ожерельем. Как дар богам, как священное приношение передает царица, покинувшая дом отца своего, золотой брус весом в 40 сиклей [263], ткань тончайшую и другое красное одеяние. И лишь затем вступает царица в храм Куры и передает туда четырех баранов, четыре серебряных ожерелья, подобных лунному серпу [264], для бога Куры, для богини Барамы, для бога Ишру и для бога Анира [265]. И еще четыре малых и два больших сосуда из самшита передает она для трапез Куры и Барамы, а два остроконечных сосуда для притираний, чтобы еще прекрасней стали Кура и Барама. А ткачихе, искусной в изготовлении одеяний, передает царица шерсть двух овец, чтобы соткала она одеяния по образцу тех, что носят в городе Мари [266].
И вступление это царицы в храм Куры происходит в третий день месяца кхалит. На четвертый день того же месяца царь и царица направляются к Ненашу. На протяжении пятого дня царь и царица занимают два трона отцов своих, поставленных близ вод Нирара [267]. Две сбруи для колесницы — их дар, дар дома отца для поездки в дом поминовения ушедших царственных предков. И отправятся вместе с ними к Ненашу Кура и Барама. Подготовлена колесница, на которой поедут великие боги, четыре каната и две кипарисовых оси, два дышла из тополя, большое ведро для воды, ткань для колесницы, тростниковая циновка, перекладина дышла, уздечки; тук будет поставлен на колесницу.
Четыре великолепных быка, черных и гладких, будут переданы в качестве дара Куре и его колеснице [268]. Адуллу и сын Ишаила понесут к колеснице Бараму. Башалу и сын Ирдамаика [269] понесут Анира к колеснице. Двух быков человекоголовых [270], бронзовый сосуд и сосуд серебряный понесут сыновья богов к колеснице, покрытой шкурою мула.
И направляются они по дороге Луба к Ненашу. Первым движется Анир, за ним Кура с Барамой. И выходят Кура, Барама, царь и царица на перекрестке дороги Луба, выходят в сторону Ирада. Когда бог Солнце восходит в Ираде, барана, овцу, серебряное ожерелье, подобное лунному серпу, передает Эннаил [271] от дома царя богу Абур-лиму [272] в Ираде.
Выходят они из Ирада и движутся в сторону Удутхуду; когда восходит бог Солнце в Ниапе, направляются по длинной дороге в сторону Ненаша. На перекрестке Ненаша входят они в усыпальницу и совершается очищение усыпальницы.
Когда царь и царица входят в усыпальницу, баран, овца, серебряное ожерелье, подобное лунному серпу, передаются богу Агу Ненаша [273].
Вступив в усыпальницу, отправляются Кура и Барама в свой предел и там пребывают. Входит и царь в свой предел, царица же — в свой. И пока находятся царь и царица в своих пределах, передает Эннаил быка серого цвета, двух овец, серебряное ожерелье, подобное лунному серпу, для бога Иббини-лима; двух овец, серебряное ожерелье, подобное лунному серпу, для бога Шагиша; двух овец, серебряное ожерелье, подобное лунному серпу, для бога Ишркут-Даму.
Поднявшись с льняных полотнищ, выходят царь и царица, и усаживаются они на троны отцов своих и ждут, когда наступит миг появления бога Солнца. Как только восходит бог Солнце, взывает «Тот, кто назначен взывать», плакальщики же затягивают плач, плач богини Нинту [274], разгневанной богини. И «Тот, кто отвечает за сияние» молит о возвращении сияния, и Нинту делает вновь сияющими и Куру, и Бараму, и царя, и царицу. «Тот, кому поручено окропление» трижды окропляет из кувшина усыпальницу Ненаша. Сын Нацаму [275] кладет на стол цепь для сокровищницы богини Аштар [276], помещая ее сбоку от богини, и затем трижды приподнимает ее, третий раз — перед восходящим богом Солнцем.
