Свидания вслепую (СИ)

«Пять!»
— Нет, — просто ответил Драко и, до того как Гермиона успела окончательно разочароваться, добавил: — У меня куда более далеко идущие планы.
«Четыре!»
— Значит, предрассудки не смогут нам помешать? — рискнула спросить Гермиона, хотя никогда не любила рисковать.
«Три!»
— Уверен, что нет, — нахально заявил Драко. — И вообще, я считаю, у нас осталось не так много времени, чтобы тратить его на глупые вопросы, Гермиона.
  
«Два!»
— Ты не прав, Драко, — с улыбкой отозвалась она, сделав акцент на последнем слове. — У нас ещё куча времени.
«А раньше ты считала иначе, влюблённая дура», — ехидно протянул внутренний голос, который Гермиона беззлобно заткнула.
«Один!»
— И ты не боишься перемен? Ведь всё изменится, Грейнджер, я уверяю тебя…
Но он не успел договорить, потому как толпа радостно закричала «Ура!», встречая Новый год, а Гермиона просто прижалась ко рту Малфоя губами, думая, что это и будет ответом на его вопрос.
  *
Через пять минут после наступления Нового года
Через пять минут после наступления Нового года Гермиона поняла три вещи.
Во-первых, они с Малфоем практически изувечили её квартиру: свалили в прихожей вешалку, сбили на пол увесистую папку с копиями годовых отчётов, а ещё разбили многочисленные колбы, банки, сосуды, разлив, рассыпав их содержимое, когда Драко весьма бесцеремонно смахнул их на пол с рабочего стола, куда тут же грубо припечатал Гермиону своим телом, попутно расстёгивая молнию на платье и покрывая поцелуями шею.
Во-вторых, они оба наплевали на предрассудки. Окончательно послали их к чёрту вместе с прошлыми обидами, а судя по словам Драко, ещё дальше, чем просто к чёрту, в тот миг, когда пересекли порог её спальни, второпях стаскивая одежду и шепча друг другу жаркие слова. Они спотыкались об его брюки и её платье, на ходу пытаясь их полностью скинуть с себя вместе с бельём, путались в именах, но наслаждались осознанием, что теперь они точно могут позволить себе абсолютно всё.
И, в-третьих, в мгновение, когда Драко, так и не добравшись до кровати, резко прижал её к стене и нетерпеливо закинул её ногу к себе на бедро, а затем одним мощным движением заполнил Гермиону до конца, она совершенно ясно поняла одно: они всё-таки будут вместе в новом году.
С каждым новым толчком, с каждым её, а может, и его новым стоном, одурманивающая мысль всё отчётливее отдавалась в висках: «В новом году мы будем вместе».
И ещё, ещё подаваясь бёдрами навстречу, впиваясь ногтями в спину, отпуская происходящее и встречая его, она снова думала: «В новом году мы будем вместе!»
А потом, уже на грани, в шаге от пропасти, в шаге от безумия…
— Мы будем вместе в новом году? — вслух произнесла Гермиона наивный вопрос, постепенно теряя над собой контроль (наконец-то она убедилась, что не только пальцы Драко способны творить настоящие чудеса).
Ответ последовал не сразу.
— Возможно. Но я бы хотел, чтобы мы были вместе… — в итоге напряжённо начал Драко, но уже не смог договорить, потому как наступил момент, когда она и сама не смогла бы его услышать.
И лишь спустя какое-то время Гермиона поняла: да, то Рождество действительно должно было стать особенным, и теперь она знала, что так и случилось.
Она знала это, как и то, что слово, не озвученное Драко, состояло из шести букв.
Этим словом было «всегда».