"Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

– С чего ты взяла, что со мной что-то не так?
– За весь вечер ты не выдал в адрес Баюна ни одной колкости. Даже когда он попытался подначить тебя.
– А он пытался?
– Да.
– Хм.
– Кош.
Кощей вздохнул.
– Скажи мне, – попросил он. – Какой из меня, по-твоему, вышел отец?
Василиса откинулась на спинку кресла и внимательно оглядела его.
– Ты хороший отец.
– Разве?
Она вздохнула.
– Когда я решала, беременеть или нет, то думала об этом. Пыталась представить, что ждет нашего ребенка. Понять, дашь ты ему выбор или нет.
– И что ты решила?
Василиса улыбнулась.
– Но ведь я родила. Все родители делают ошибки, и мы с тобой не исключение. Я смотрю на Злату и вижу наши: мы растили ее словно цветок в теплице, она плохо знает жизнь, зависима от твоего одобрения… Но выбор ты ей давал всегда. Даже в той истории с поступлением… Мне бы отец выбора не дал.
– А Демьян?
– Что Демьян?
– Каким отцом я стал для него?
Василиса отвернулась к окну. За ним горел разноцветными огнями праздничной иллюминации город. Где-то невдалеке рванули один за другим несколько залпов фейерверка.
– Ты знаешь мое мнение по этому поводу, – наконец ответила она. – С годами оно не изменилось. Я считаю, у тебя не было права делать то, что ты сделал. Быть может, я ошибаюсь. Но все эти годы мне казалось, что Демьян любит нас и доверяет нам и что мы и правда сумели стать ему семьей. Однако о Юле он нам не рассказал, и это меня расстраивает и заставляет задуматься…
Василиса снова повернулась к мужу и уверенно взяла его ладонь в свою.
– И всё же одно дело – быть твоей женой, и совсем другое – быть твоим ребенком. Первое выбрала я. Второе мы выбрали за них. Вместе выбрали. Твой мир на всех нас налагает ограничения и ответственность. Но кто-то должен это делать. Жизнь не то чтобы очень справедлива. Но я понимаю тебя, Кош. Понимаю. А теперь расскажи мне, что случилось.
Кощей сильнее сжал ее ладонь, приподнял, разглядывая. В свете уличных огней слабо блеснул морион в кольце на пальце Василисы. Кощей поднес ее ладонь к губам и поцеловал.
– Глупая традиция подводить итоги перед Новым годом, – ответил он. – Чтобы в следующем всё сделать лучше.
  
Глава 29
 
Последний экзамен Яша сдавал на два дня позже, чем Злата. Замершая в тишине аудитория была ярко освещена солнцем, какое бывает в погожий зимний день, и казалось нечестным, что мир за окном может быть так умиротворен, пока он тут проходит через круги ада.
– Итак, при гармонических колебаниях скорость тела изменяется по закону… – повторил вопрос, обозначенный в билете, его преподаватель Александр Михайлович.
Яша прикрыл глаза и попытался воспроизвести в памяти страницу из тетради с конспектами. Там еще график такой был… С синусоидой… Красивый… И задача. Он над ней часа два бился. А рядом сидела Злата и щелкала клавишами на ноутбуке. Солнечный свет путался в ее волосах, превращая медь в золото. Порой она подносила ко рту стаканчик с кофе и делала глоток. Потом облизывала верхнюю губу…
– Ну что ж вы, – вздохнул Александр Михайлович. – Так хорошо на два вопроса ответили, что не так с третьим? Это же просто. Определение гармонических колебаний вы дали. Так выведите закон из него.
Яков тяжело сглотнул, выдохнул, но промолчал.
– В чем измеряется фаза колебаний? – недовольно спросил преподаватель.
– В радианах.
– От чего зависит амплитуда?
– От начального отклонения… То есть от начальной энергии, сообщенной колебательной системе.
– Чем будет определяться вид функции?
  
– Способом выведения системы из состояния равновесия. Если отклонением…
– Достаточно, – прервал его преподаватель. – Не вспомнили закон?
Яша покачал головой.
Преподаватель вздохнул, взял стикер, написал на нем формулу и подтолкнул к Якову. Тот взглянул на формулу и подавил желание завыть. Точно! Это же так просто! Вот теперь он вспомнил! Но было уже поздно…
– Выучите к началу следующего семестра, – велел Александр Михайлович.
Потом открыл зачетную книжку и что-то в ней вывел. Якова бесила привычка преподавателей не сообщать оценку сразу, хотя он и понимал, почему они так поступают. Александр Михайлович закрыл зачетку и протянул ему. Открывать ее тут же было неудобно.
– Послушайте, Яков, – вздохнул Александр Михайлович. – Я вижу, что вы стараетесь. Что вы действительно болеете этим и даже в какой-то степени одарены. Но одаренность ничто без должного упорства. А у вас раз за разом возникают пробелы в знаниях в самых неподходящих местах. Вам что-то мешает учиться? Проблемы дома? Что-то отвлекает? Компьютерные игры, интернет, личная жизнь? Вы ведь уже совершили такой похвальный шаг – поступили на очное отделение на четыре года позже остальных. Неужели после этого вы позволите себе учиться в полсилы? Просто задумайтесь, что для вас важнее. Расставьте приоритеты. И удачи вам.
Яков поблагодарил, попрощался и покинул кабинет. В коридоре открыл зачетку. Четверка. Черт. Единственная в списке. Ведь он знал формулу! Как же обидно… И потом, он очень надеялся на повышенную стипендию.
Но тем не менее сессия была закрыта, и закрыта без троек. А ведь сдавай он экзамен кому попринципиальнее, да тому же Андрею Львовичу с кафедры высшей математики, красовался бы у него сейчас в зачетке трояк, а то и вовсе бы на пересдачу пошел. И всё же он сам виноват: надо было всё-таки повторить вчера блок вопросов по колебаниям. А он вместо этого занимался совсем не тем. Но так хотелось успеть всё закончить и уже сегодня наконец вручить Злате свой подарок. Подаренной им на Новый год книгой она явно осталась недовольна, хотя он так и не понял почему.
В этот момент на глаза Яше легли ладони, и кто-то сзади произнес таинственным шепотом:
– Угадай кто?
Яков не сдержал улыбки. Всё бы ей дурачиться… С другой стороны, складывалось впечатление, что дурачилась она только в его присутствии, и от этого теплело внутри. Да и вообще ему нравилась в ней эта черта.
– Моя непослушная царевна, – усмехнулся Яша и закрыл зачетку. Злата убрала руки с его лица, обошла и поцеловала в щеку. В правую. Его шрамов на людях она не касалась.
– На что сдал? – спросила Злата.
– На четверку.
Злата дернула носом и взглянула на него сочувствующе:
– Ладно, не расстраивайся, не в пятерках счастье.
И обняла. Что ж, она хотя бы понимала. Его одногруппники бы точно не поняли причин его переживаний. И Клим, скорее всего, тоже не поймет.
– Пошли гулять, – предложила Злата. – Погода замечательная. В краеведческом музее выставка мужского платья конца девятнадцатого века. Хочешь посмотреть? Там всего две залы. А потом можно перекусить и сходить в кино. О, тут открылась новая кофейня. Там готовят кофе на песке… А вообще, нам надо сходить в театр. Я уверена, что тебе понравится. Слушай, а что ты делаешь завтра? Завтра у одного жилого комплекса день открытых дверей, будут показывать всем желающим сдающийся дом. Хочешь посмотреть, как выглядит дом без отделки? Я тут заинтересовалась квартирами… Яш, ты чего молчишь?
Яков пожал плечами. Он бы мог сказать, что ему незачем говорить, она ведь всё уже решила, да и вставить хоть слово в такой поток речи довольно сложно, но это бы прозвучало обидно.
– Давай, – согласился он.
Злата расцвела.
– Итак, план есть! – потерла руки она.
– Злата, – позвал Яша. – А мы можем в конце нашей прогулки зайти ко мне? У меня есть для тебя сюрприз.
Она вскинула на него восторженный взгляд, и даже глаза от предвкушения у нее стали зеленее, чем обычно. Злата явно очень любила подарки и сюрпризы.
– А ты очень хочешь в музей именно сегодня? – спросила она. – Выставка продлится до середины марта. Еще успеем.