"Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Кстати, — Кохтенберг окликнул меня у самой двери, — может быть, вы занимаетесь индивидуально с Филиппом Александровичем? В свободное от учебы время? 
Идея дополнительных уроков с учителем по боевой магии меня сразу заинтересовала. 
— Нюрочка составить тогда расписание, сможете к вечеру его уже получить. И еще раз напоминаю, будьте осторожны. 
***
Я вышел на крыльцо и вдохнул холодного воздуха. Еще неделя, другая и снег начнет сыпать как из рога изобилия. Созерцание редких снежинок не могло меня отвлечь от мыслей о Меркулове. Да еще, как назло, у меня не было запланировано никаких дел. Не возвращаться же обратно в комнату! 
И тут я вспомнил, что хотел написать Горлицкому. Он-то должен знать, как обезопасить артефакт от его неприятной силы. 
Приняв решение, сразу слетел со ступенек, но тут на меня выскочил наш воздушник — Романовский. Я его запомнил по вчерашнему выступлению.
Он учился в старшем “В” и обладал яркой внешностью — ярко-синие глаза, точеное лицо аристократа, русые, постоянно лохматые волосы. 
— О! Младший! Прошу прощения за мою неосторожность, — он вежливо склонил голову. — Задумался. После комнаты медитаций я всегда такой. 
— Принимаю ваши извинения, — я кивнул в ответ. — А что за комната? 
— Ты еще там не был? — он удивленно дернул бровями. — Иди мимо столовой, там будет табличка. И почему младшим так мало говорят про медитацию? Это же важно! 
Последние слова он сказал себе под нос, отходя от меня. Я пожал плечами и направился в указанную сторону. 
Еще Вяткин говорил о пользе дыхательных практик, а тут нам, действительно, толком ничего про это не рассказывали. Может, это будет в следующем семестре? 
Зал для медитаций выглядел, как длинное прямоугольное помещение со множеством дверей. Мне даже вспомнился коридор в здании администрации — один в один. Только красной вытертой дорожки не хватало для полноты картины. 
Возле самой двери сидел пожилой мужчина в очках. 
— Добрый день, — обратился я к нему, — я бы хотел заняться медитацией. 
— Конечно, конечно, — вскинулся он и вытащил из-под стола тетрадку. — Имя и ваш класс. 
Я назвал ему данные, и он выдал мне ключ от одной из комнат. Глянув на номер, усмехнулся — двенадцатый. В камере с такими же цифрами я занимался с Лискиным. 
За дверью оказалась довольно аскетичная обстановка. Здесь буквально ничего не было. Кроме толстого ковра бежевого цвета. 
Пожав плечами, я снял ботинки с курткой, уселся в самом центре комнаты и прикрыл глаза. 
Медленно вдохнуть. Задержать дыхание. Коротко выдохнуть.
Сознание неохотно поддавалось моему сопению и чтобы окончательно очистить разум, пришлось повторять весь цикл раз десять. 
Наконец, все получилось. Перед внутренним взором проявились потоки магии — все четыре вида. Яркая электрическая, упругая ментальная, бледно-зеленая целительская и угольная темная. 
Вот она меня сейчас интересовала больше всего.
  
Глава 13
 
Еще несколько мгновений я просто смотрел на угольно-матовый поток. Боялся. Собрав всю волю в кулак, наконец, решился. 
Черная патока послушно легла в ладонь, и я сразу ощутил слабое покалывание. Она обвила мое запястье, крепко сжало, а потом быстро заскользила по руке, стремясь к груди. На секунду отчаянно захотелось сорвать с себя эту дрянь, но я сдержался. 
В последний момент, буквально за пару сантиментов от сердца, в дело вступила ментальная магия. Она перехватила поток и сплелась с ним, потянула назад. Я с удивлением наблюдал за происходящим. 
Остальные потоки тоже не остались в стороне и совершенно самостоятельно побежали по моей коже, ловко цепляясь друг за друга, скрывая от моих глаз черноту. 
Они защищали меня? 
Не успел я додумать эту мысль, и вот уже все четыре способности стали похожими на толстый канат. Вместе они начали свое движение по мне, заполняя собой все пространство. 
Я с жадностью смотрел, как они скользят по телу. Эмоции были через край. Мне хотелось смеяться и плакать одновременно. 
  
Испугался, только когда змея силы дошла до головы. Страх едва не выбил меня из концентрации, я с трудом удержался на тонкой границе. 
Как только движение потоков прекратилось, я ощутил в голове необычайную легкость. 
Я открыл глаза и глубоко вздохнул. 
Чувства разом обострились. Мир вокруг меня стал ярче, насыщеннее, гармоничнее. Будто кто-то протер пыль с картины. 
Магические потоки стали частью меня, встроились в систему, и теперь я чувствовал себя намного сильнее. Я сжимал и разжимал пальцы и с восторгом наблюдал, как на них поблескивает магия.
И почему я не додумался до этого раньше? 
Я вызвал электрический шарик, добавив в него щепотку темной магии. Мое заклинание тут же стало двухцветным. Силы переливались между собой, подмигивали и жаждали в бой.
Улыбнувшись, я распылил шарик. 
Мозг цепанула неприятная мысль: если я вижу все четыре потока, то как обезопасить себя, что это не обнаружили другие? 
Пришлось снова закрыть глаза и попеременно вызывать то одну, то другую силу, добиваясь однотонного цвета. 
Получилось лишь спустя час. Я был категорически довольным.
Осталось лишь проверить, на что я стал способен. И где бы мне это сделать? 
***
Мой выбор пал на малую тренировочную площадку с манекенами, куда меня приводили в мое первое посещение этой академии. Там как раз сейчас никого не должно быть. 
Встав недалеко от черных изваяний, я сформировал очередное заклинание. В этот раз взял не темную, а ментальную магию, добавив с ее помощью усиление. Похожим образом Кунцев поступил со своим кулаком, когда вымещал злость на дверце моего шкафа. 
Шарик лихо соскочил с ладони и полетел через поле в цель. Когда он попал в манекен, раздался хлопок, и из жертвы моего нападения фонтаном брызнула черная крошка. 
Быстро оглядевшись по сторонам, я подбежал к мишени и с ужасом обнаружил, что теперь на ней появился заметный скол. 
Переборщил. 
А ведь я просто добавил еще одну силу. Что же будет, если соединю все четыре? Целительство ведь тоже может нанести вред. 
Вдруг мой обострившийся слух уловил чьи-то шаги. Быстро сменив цвет своих потоков, я обернулся. Не прошло и трех минут, как из-за забора появился мой будущий тренер Филипп Александрович. 
— Вереховцев! Ты уже тут? Занятия только завтра же.
— Добрый день, я решил сам потренироваться. 
— И как? Получается? Говорят, у тебя огромный потенциал. 
— Возможно, — потянул я, косясь на испорченный манекен. — Мне говорили, что силы много, а контролирую я ее плохо. Но сейчас вот понимаю, что обучение в академии не прошло даром.
— Давай посмотрим, что ты умеешь, — он махнул на мишень, — на уроках младших классов мы не уделяем время на тренировки. Сначала, как известно, идет теория. А то подожгут сарай по незнанию, а потом его восстанавливать. Да и тело не сразу приспосабливается к переработке магии. Нужна аккуратность. Давай начнем с простого. 
Я кивнул, создал крохотный шарик, едва напитанный силой, и лихо бросил его в цель. Заклинание шлепнулось по черному камню и сползло на песок. 
— Хорошо, но слабо. Еще раз. 
Новая сфера была не в пример больше и мощнее. Но эффект вышел такой же. Хлопок и плавное скольжение вниз. 
— Лучше. Еще. 
Филипп Александрович заставил выпустить меня еще десяток шаров, постепенно усложняя задачу. То поразить сразу две мишени, то три и не подряд. К концу занятия я почти выдохся и утирал пот со лба. 
Тренер внимательно не спускал с меня глаз. В один из перерывов я сосредоточился на его эмоциях и вдруг понял — он меня проверяет! Сколько силы я могу пропустить через себя и как быстро устану. 
Волна гнева мгновенно затопила мой разум и на моей ладони появился плотный электрический шарик. Я замер напротив тренера, сжигаемый злостью.