Чёрная пешка
Но бесструктурность, конечно же, не может быть абсолютной. Ссыльные, поскольку они неизбежно и вынужденно вступают в контакты, налаживают сосуществование, вынужденно занимают некие ячейки, ниши, которые довольно трудно назвать социальными. Приобретение какого-то статуса неизбежно предполагает исполнение соответствующих функций, ведение надлежащего образа жизни.
Всех обитателей острова можно разделить на две категории: "одиночки" и "стайные".
Среди "одиночек" выделяются "дикари-хищники" и "дикари-травоядные". И те, и другие появляются, когда высаженным на берег ссыльным удается выжить в экваториальных джунглях изолированно от прочих. Они дичают, теряют человеческий облик, нередко утрачивают навыки членораздельной речи. "Дикарями-травоядными" движет страх, ими становятся те, кто опасается, что не отвоюет подобающего статуса в столкновении с себе подобными. Они скрываются, в вечном ужасе часто меняют места обитания и, по существу, безопасны. Иное дело - "дикари-хищники". Это те, кто после высадки совершенно сознательно избрал одиночество, будучи уверенным в своей силе. Они буйны, агрессивны и встреча с ними в джунглях не сулит ничего хорошего ни животному, ни человеку. Среди них каннибализм - отнюдь не исключение. Ссыльные островитяне относятся к "зверям" как к... зверям. И "хищники" и "травоядные" с утилитарной точки зрения обитателя Казхука бесполезны - они не порабощаемы. Одни трусливы, другие неукротимы. Поэтому ссыльный иного вида, встретив "дикаря" чаще всего убивает его. На всякий случай.
К "одиночкам" относятся и "разбойники". Это сильные личности, которые сумели избежать потери умений и навыков. "Разбойники" создают свои гнезда-укрывища, из которых совершают хорошо продуманные грабительские налеты на "торговцев", на фермы и шахты, причем нередко с дьявольской изобретательностью и с немалым успехом. Случается, что "разбойники" для нападения объединяются в банды до дюжины бойцов, но никогда эти банды не существуют дольше нескольких дней.
"Охотники" - наиболее колоритные фигуры среди "одиночек". Они действительно охотятся для собственного пропитания, ради добычи шкур на продажу и обмен. Ищут полезные ископаемые, чтобы продать координаты месторождений добытчикам, не брезгуют ничем, что можно сбыть. Но самая желанная из охот - на новоприбывших. Ссыльного-новичка сразу неподалеку от места его высадки можно скрутить и продать в рабство фермерам или на шахту. Всегда в хорошей цене женщины, особенно молодые.
"Торговцы" - также одиночки. Это, пожалуй, самое прибыльное и сытное занятие на "Земле правосудия". Равно как и самое опасное и хлопотное. Коробейнику, офене, чумаку с Казхука грозит множество бед, причем отказ строптивого покупателя заплатить в их перечень вообще не входит, это мелкая неприятность. А вот разграбление тайных складов-схронов, нападение "разбойников", столкновение с конкурентами грозит потерей не только товара, но и жизни.
В число "одиночек" следует включить "шаманов". Это бродячие лекари, знатоки погоды, мировые судьи и своеобразные почтальоны. Шаманов ценят и чтят, кормят и одевают. "Разбойники" их не трогают. Однако, заработать статус "шамана” невероятно трудно, его достигает один из тысячи.
"Стайные" островитяне живут совместно. Безусловно, коллективами эти сообщества не назовешь, здесь также каждый сам за себя и против всех. Но условия жизни и работы вынуждают кооперироваться. Так возникают фермы и промыслы.
Во главе фермы стоит ее хозяин. Фермерское хозяйство можно сравнить с ненаследственной феодальной монархией. Хозяин и рад бы завести наследника, но в случае обнаружения ребенка на усадьбе каратели пустят дымом всю ферму. Поэтому преемником приходится выбирать наиболее беспощадного и расчетливого из помощников. Фермера поддерживают охранники-костоломы, кормящиеся с хозяйского стола. Наемные батраки трудятся на него за вознаграждение различного размера и формы. Но слово "нанять" звучит тут весьма двусмысленно. Некоторые работают вообще за пропитание, скудную одежку и относительно безопасное место ночлега. Вокруг центральной фермы лепятся мелкие хозяйствишки полукрепостных арендаторов. Фермеровы костоломы защищают тех от "разбойников", при неприятностях фермер придет на помощь. А арендаторы обязаны исправно отдавать половину, (а то и больше) всего, что создали своим трудом. Есть на ферме и рабы, чаще всего проданные туда "охотниками". С рабами вообще разговор короткий, за неповиновение предусмотрено единственное наказание -связанного бросают на ночь в термитник.
Фермерские усадьбы - очаги земледелия, скотоводства и ремесла. На фермах не только производят практически все продукты, которыми питаются ссыльные. Здесь рубят и распиливают строительный лес, ловят и заготавливают речную рыбу, разводят пчел. Выращивают фрукты и пряности, заготавливают ценную древесину, за которые у приезжих экспедиторов из всех трех Поясов выменивают ткани, орудия труда, посуду и другие вещи.
Усадьбу окружают рвы и частоколы, охраняют часовые с луками и арбалетами, выглядит она внушительно.
Промыслами на Казхуке называют поселки добытчиков и переработчиков полезных ископаемых. Они также укреплены и, как правило, даже сильнее, чем фермерские усадьбы. Промыслами управляют так называемые "сходы авторитетов", то есть своего рода советы специалистов - наиболее умелых кузнецов, перегонщиков нефти, углекопов. Там имеет место некая квазидемократия. Промысловики образуют своего рода артели, поскольку при работе, например, в шахтах не обойтись без взаимопомощи и трудовой кооперации. Ссыльные на промыслах создают также соблазнительные для каждого разбойника "общухи" - запасы разнообразных товаров для обмена. Иногда между промысловиками даже возникает нечто, напоминающее дружбу. По этой причине психологическое напряжение на промыслах несколько ниже, чем на фермах. Но поскольку ничто в мире не дается даром, относительный душевный комфорт компенсируется изнурительностью каторжного физического труда. На промыслах тоже есть рабы, но они принадлежат не кому-либо персонально, а находятся в общей собственности всей артели.