Неясные мечты

Господи, как же он ей нравился! Не до такой, правда, степени, чтобы поддаться на его уговоры. Наверняка все дело в богатом опыте Мака, подумала Джессика. Он знает, что и когда сказать женщине. Прикусив губу, она лихорадочно обдумывала, как правильно повести себя в сложившейся ситуации.
– Просто… просто… я так давно… – пролепетала она, – так давно… Думаю, поэтому…
– Как давно, дорогая? – Мак продолжал играть с ее косой, и это сводило ее с ума.
Джессике хотелось убежать от него, но она была не в силах сдвинуться с места. Ее тело по-прежнему пылало.
– Еще до развода…
Мак наклонился ближе к ней. Он был шокирован, ошарашен.
– Ты хочешь сказать, несколько лет?..
Джессика повернулась к Уинстону спиной. Если он хочет посмеяться над ней, она…
Мак подступил ближе, она ощутила, как он коснулся ее.
– Знаешь, может, ты и не поверишь, но я тоже давно не был с женщиной – конечно, не так давно, как ты, но тоже много времени назад… И не думал, что все так обернется. Ни один нормальный современный человек в здравом уме не решится недооценивать секс. – Джессика едва не подавилась от этого заявления, а Мак продолжил: – Знаю, что ты не слишком-то высокого мнения о моих моральных принци-. пах, но я не идиот.
– Но я не говорила…
– Ты же сама назвала меня клоуном, насмешником, не забыла?
Губы Джессики задрожали, но она решила, что скорее умрет, чем заплачет перед ним.
– Я не хотела оскорбить тебя, – прошептала она.
– А оскорбила, – заметил Уинстон. – И знаешь почему? Потому что мы тут немного развлеклись, и это тебя напугало.
– Нет!
– И еще потому, что ты хочешь меня. – Она чувствовала его горячее дыхание на своей шее, ощущала исходящее от Мака тепло. – И два года назад ты интересовалась мной так же, как и я тобой. И тебе это не нравилось – так же как и сейчас.
– Это неправда! – вскричала Джессика, поворачиваясь к нему.
Выражение его лица несколько смягчилось. Мак посмотрел ей в лицо, оглядел ее с ног до головы. Ее грудь трепетала под его взором, и Уинстон знал, что ее соски напряглись.
– Ты все еще хочешь меня, – проворчал он. – Почему бы тебе не признаться в этом и не посмотреть, что будет?
У Джессики голова шла кругом от близости Мака Уинстона, который стоял рядом с ней практически обнаженным. А ведь она уже почти забыла, что значит быть рядом с мужчиной, обонять исходящий от его тела аромат, чувствовать его тепло. А может, все дело в том, что ни один мужчина не был похож на Мака. Хоть Джессика и пыталась отрицать это, между ними всегда существовало необъяснимое притяжение, сексуальный ток, который пробегал от одного к другому, подчиняя себе все их чувства. Когда они вместе находились в аудитории, Джессика не столько видела, сколько чувствовала все передвижения Мака, каждый его жест. Пожалуй, он прав.
– Думаю, на сегодня работу стоит закончить, – проговорила она тихо.
– Я пойду, – вздохнув, кивнул Мак Уинстон. – Но обещай, что ты подумаешь о том, что я сказал, хорошо?
– Мне не о чем думать, – отозвалась Джессика.
Мак наклонился к ней и быстро поцеловал, от чего по ее коже поползли мурашки, а в коленях она опять ощутила слабость. Потом он повернулся и направился за шторку, демонстрируя ей свою роскошную мускулатуру.
Джессика вышла из студии. Эта комната, переделанная из хозяйских спальни и ванной, всегда ошарашивала ее своими огромными размерами. Однако когда в ней находился Мак, там вдруг стало тесно и Джессике понадобилось свободное пространство.
Джессика ждала в соседней комнате, стоя у окна и наблюдая за снегопадом, слушая, как ветер бьется в окно. Она испытывала одновременно неловкость и стыд – за то, что, честно говоря, ей совсем не хотелось, чтобы Мак уходил.
Через некоторое время она услышала за спиной его шаги.
– Когда мне прийти в следующий раз? – спросил он, натягивая куртку. Джессика напряглась, но Мак тут же добавил: – Я имею в виду: когда мы продолжим съемку?
Господи, она понятия не имела, когда продолжить работу! Эта съемка была ей жизненно необходима. Договариваясь с Софи, Джессика рассчитывала хорошо заработать. И если она добавит каталог со снимками эротичного белья к своему портфолио, то это, несомненно, принесет ей дивиденды, расширит ее возможности. Она покачала головой, не в силах собраться с мыслями. И в это мгновение зазвонил телефон. Джессика была до того напряжена, что едва не подскочила от громкого звонка. Мак с недоумением наблюдал за тем, как хозяйка дома, обежав вокруг него, спешит к телефону. Он молча последовал за ней.
– Алло!
– Мам, ты можешь сейчас же приехать за мной? – раздался в трубке голос Тристы.
Джессика нахмурилась.
– Триста! – отозвалась она. – Что случилось, детка?
– Ничего, просто я хочу домой, – ответила девочка.
– Хорошо, моя маленькая. Я скоро приеду за тобой.
– Спасибо, мама.
Мак вопросительно взглянул на Джессику, когда та повесила трубку на рычаг:
– Что там такое?
Джессика направилась в комнату, чтобы взять пальто и ключи, Мак опять пошел следом за ней.
– Что-то произошло, – говорила Джессика на ходу. – Голос у Тристы звучал так, словно она готова разрыдаться. Я… мне надо немедленно ехать за ней.
Мак кивнул. Он ничуть не удивился, что Джессика, не договорившись о деле, спешит на помощь дочери. Он просто все время был рядом с ней и, помогая ей надеть пальто, спросил:
– Думаешь, там что-то серьезное?
– Нет. Родители Дженны очень милые люди. Может, она поссорилась с подружкой или… Я знаю, мы не завершили дела… Но я…
– Джессика, – Мак стиснул ее плечо, – Триста твоя дочь. Если она нуждается в помощи, ты, конечно же, должна ехать к ней. – Он говорил так серьезно и искренне, что Джессика, заморгав, уставилась на него.
– Ты правда так думаешь? – спросила она.
Мак ободряюще улыбнулся ей.
– Если ты считаешь, что ее голос звучал как-то необычно, ты, безусловно, права. Если бы у меня была дочь, я поступил бы так же.
Мак не кривил душой. Хоть это и удивляло Джессику, она чувствовала, что он каким-то поразительным образом понимает все, что связано с детьми. Она с сожалением вздохнула. Может, она судила его слишком строго.
– Мой муж то и дело повторял, что я ее испортила. – Едва сказав это, Джессика поняла, что сболтнула лишнее, ведь она не собиралась рассказывать Маку о своем муже.
Уинстон прикоснулся к ее щеке и не опускал руку, будто не мог ею шевельнуть.
– Ребенка нельзя испортить избытком любви, – сказал он.
Они обошли дом и приблизились к стоянке. Подняв глаза на Мака, Джессика прошептала:
– Спасибо тебе.
– Пока меня не за что благодарить, – произнес он. – Почему-то у меня появилось чувство, что тебе понадобится моя помощь.
Джессика проследила за его взглядом и, к собственному ужасу, увидела, что ее автомобиль буквально зарос в толстом слое льда. В старом доме не было гаражей, поэтому ее машина была открыта всем ветрам. А поскольку Джессика вот уже дня два никуда не ездила, автомобиль подвергся воздействию всех возможных стихий.
Мак развел руками:
– Белый рыцарь к вашим услугам, леди! А может, стоило сказать, что к вашим услугам хороший шофер?
Мак стоял рядом, готовый прийти ей на помощь. В отличие от других мужчин, которые поспешили бы поскорее отделаться от женщины, не пожелавшей иметь с ними дела, Мак решил остаться галантным до конца. На его темных волосах уже серебрился иней, щеки покраснели. Мак Уинстон выглядел молодым, сильным и всемогущим, а ведь Джессика уже почти забыла, что такое иметь рядом мужчину, на которого можно частично переложить груз ответственности. В последнее время ей даже хотелось забыть об этом, доказать свою независимость, способность в одиночку справляться с любыми трудностями.
Но сейчас она испытывала огромное облегчение от того, что Мак был рядом.
Совершенно продрогнув на пронизывающем насквозь холодном ветру, она подняла кверху свой покрасневший, словно вишня, нос и ответила, соглашаясь: