Рибофанк

Гринло устало опустился на диванчик. Строма его обняла, он вздрогнул, но тут же заставил себя расслабиться.
– Урбластема, что ждет твоих кукол, когда ты закончишь разбор нашей истории?
– Ну почему же – куклы? Правильнее будет сказать «любимые компоненты». Разве ты сам никогда не испытывал признательности и нежности к собственным клеткам? Может быть, со временем я отойду в сторону, предоставлю вам свободу – настоящую, почти безграничную. Даже позволю забыть о том, что я вообще существовала. Так изменюсь – ни следа моего пребывания найти не удастся, вплоть до субмолекулярного уровня. Почему бы и нет? Ведь человечество и само рвалось в космос…
– В космос?
– Ну да, – рассмеялась Строма. – Земля – не единственная планета в галактике. Вы сами все сделаете, считая это вашим собственным выбором. А я буду просто ждать своего часа.
Она повернулась к Гринло.
И Урбластема с непритворной нежностью поцеловала сама себя.