Слуга Империи

Мара ответила на его салют. И, словно воскрешая память о давнем дне, когда она, почти девочка, неготовая принять бремя власти, вернула надежду и честь банде бездомных отщепенцев, властительница Акомы сказала:
- Приведи их к присяге на верную службу, военачальник Люджан.
Под руководством военачальника Акомы воины дали краткую клятву, которую годы назад принес он сам, получив одним из первых в Империи это великое благо - возможность вернуться к достойной жизни.
Когда же ритуал присяги был завершен и Люджан построил войско, вставшее теперь под знамена Акомы, взгляд Мары устремился к дальним берегам озера, привлеченный каким-то движением. Сердце ее зашлось от волнения.
- Смотри! - воскликнула Мара, положив руку на плечо Кейока.
Военный советник взглянул в указанном направлении:
- Увы, глаза у меня уже не те, госпожа. Что ты там видишь?
- Там стая птиц шетра. - Голос Мары дрогнул от благоговения. - Милостью богов они прилетели гнездиться на здешних болотах.
- По-видимому, ты угодила богам своим великодушием, госпожа, - отозвался Инкомо, стоявший рядом с молодым Сариком.
- Мы можем лишь уповать на это, Инкомо. Оторвавшись от созерцания пролетающей стаи, Мара обратилась к верным сподвижникам.
- Пора идти, - сказала она. - Нужно обживать наш новый дом. Скоро прибудет мой будущий муж вместе с моим сыном и наследником.
Мара повела своих помощников - и испытанных временем, и новообретенных - к дворцу, которым восхищалась с давних пор и который отныне должен стать домом для ее семьи. Под его крышей объединятся две великие династии, посвятившие себя преобразованию Империи к лучшему. Мара из Акомы прошла мимо рядов солдат-новобранцев, которые всего лишь несколько дней тому назад были ее заклятыми врагами, видевшими свой долг в том, чтобы стереть с лица земли весь ее род. Теперь же большинство тех, кто провожал ее глазами, твердо уверовали в ее способность творить чудеса, поскольку она не только повергла в прах трех властителей из самой могущественной семьи Империи, но и простила тех, кто служил побежденным! Мало того, она обошлась с этими слугами так, словно они никогда не причиняли ей никакого вреда.
Она показала миру пример великодушия и мудрости, и в этом они видели залог своей будущей безопасности и благоденствия.
И ей был присвоен самый древний и самый почетный титул, которого когда-либо могли удостоиться сыны и дочери Цурануани: Слуга Империи.