Проклятие Черного Аспида (полная версия из двух частей)

– Многие проклинают эту войну…, – пробормотал он, – а я… я только сейчас начал жить по-настоящему, начал понимать, зачем я вообще живу.
Опустил меня на пол и прижался губами к моим губам.
– Ты все потерял из-за меня… лишился всего…
– Нет… я обрел. Обрел так много, как не смел мечтать.
Дверь с грохотом распахнулась, и мы резко обернулись. Уилл поморщился, увидев нас вместе.
– Хватит ее лапать у меня на глазах, иначе я не удержусь и оторву тебе голову, Ламберт.
– Если до этого я не отрежу твою.
– Хватит!
Их разговоры с этого начинались и этим заканчивались. Иногда мне хотелось отпинать обоих.
– Заставь свою женщину придержать язык за зубами.
– Ты правильно сказал – моя женщина и мне решать, когда закрыть ей рот.
– Твоей она станет, когда ты дашь ей свою фамилию и твой сын перестанет быть ублюдком.
– Войдем в королевство Чернан, возьмем короля и его полюбовницу, казним обоих, чтоб я стал вдовцом, и я женюсь на твоей сестре, даже не сомневайся.
Я бы закричала, если бы могла. Я бы заорала, как сумасшедшая, или заплакала. Не смела говорить с ним об этом, не смела спрашивать. Повернулся ко мне.
– Это и так ясно. Мой сын и моя женщина. Слова, произнесенные епископом, лишь смогут это подтвердить, не более.
Я сама нашла его губы и жадно впилась в них поцелуем при Уилле, который в ярости зарычал.
– Бесстыжая! Хватит лизаться! У нас закончилась веревка для луков! Я не просто так пришел смотреть, как вы тут милуетесь. Смотрите, заделаете мне еще одного племянника! Незаконнорожденного!
Горестно всхлипнула, а Морган сжал меня сильнее.
– Все мои дети – законнорождённые. Пусть только кто-то в этом усомнится.
– У нас не хватит луков на всех.
– Кроме луков есть ножи, копья, дубины.
– Без лучников нам не взять город, и ты прекрасно это знаешь. Особенно если удастся выманить Карла из его берлоги. Нам не выстоять в рукопашном. Вся наша надежда на лучников.
– Придется менять план нападения, исходя из того, что есть.
– Дубины, ножи и копья не помогут взять Чернан.
Морган отстранился от меня, перебирая пальцами мою косу, лаская затылок. И… я вдруг ясно поняла, что надо делать. Высвободилась из его объятий, выдернула нож из-за пояса Моргана и одним махом отрезала косу.
– Плетите из наших волос. Пусть женщины пожертвуют свои косы.
– Ждана!
– Ждана!
Они охнули одновременно. А я растрепала короткую шевелюру обеими руками и с ободряющей улыбкой посмотрела на Моргана.
– Я не нравлюсь тебе с такой прической?
– Ты нравишься мне любая, – усмехнулся и хотел привлечь меня к себе, но я ловко увернулась и отошла к небольшому деревянному столу.
– Даже если у нас будут лучники, вряд ли нам удастся взять город. Нас слишком мало.
Сокрушенно сказал Уилл и отошел к окну, нахмурив брови и опираясь мощными лапами на резной подоконник.
– Мы можем войти в город хитростью. Нам надо каким-то образом заставить дозор Карла открыть нам ворота добровольно.
– Кто-то слыхал о Трое?
– О чем?
Переглянулись и снова посмотрели на меня.
– Ну…Троянский конь… Это… Черт. Ладно, не важно. Если каким-то образом раздобыть одежду солдат Карла и ввезти своих людей в город, то они могли бы открыть ворота.
– ДА! Твою ж мать! Даааа! – взревел Морган и неожиданно для всех схватил Уилла за шкирку, тряхнул несколько раз. – Надо вернуться в одну из деревень, взять с собой скот, чтоб за нами пришел отряд Карла. Понимаешь, о чем я?
– Понимаю! – Уилл сбросил его руки. – Кто донесет Карлу, что надо напасть именно на эту деревню?
– Кто-то из женщин проникнет на рынок и расскажет. Это могу сделать даже я.
– НЕТ! – в один голос и повернулись ко мне.
– Почему нет? Я могу притвориться торговкой, молочницей, да кем угодно.
– Нет! – Морган подошел ко мне. – Если они тебя схватят, то войны не будет. Я приду и сдамся. Ты это понимаешь?
Смотрит прямо в глаза, и мои наполняются слезами. Где чудовище, которое я видела раньше? Где монстр и убийца? Как я могла не замечать его любовь ко мне, его одержимость мною. Не чувствовать ее всей кожей, как сейчас.
– Я пойду!
Мы обернулись и посмотрели на Арсиса, который зашел в молельню, поставил в угол лопату и снял огромные рукавицы.
– Меня никто не знает. Я безликий. Не воин, не богач. Я принесу весть и распространю ее по рынку.
Ударил набат, и я встрепенулась, посмотрела на Арсиса.
– Где Джейсон? Вы брали его с собой!
– Он дома. Я уложил его у себя в келье.
Тут же отлегло от сердца, но ровно на несколько секунд, пока не вбежала одна из женщин с диким воплем.
– Филипп! Мой малыш! Он выбежал за ворота! Мой ребенок! Откройте двери! Откройтееее!
Посмотрела на Уилла, на Моргана и рванула к двери, отодвинула засов и бросилась на улицу.
– Ждана! – крикнул герцог и выскочил следом за мной.
– Я остановила в прошлый раз. Смогу и в этот.
– Мой ребенок! – кричала женщина, она выбежала на улицу вместе со мной и хотела броситься к воротам, но Уилл ее удержал.
Колокол ударил снова. Деревья уже потрескивали и пошатывались, под страшный звон набата вдалеке клубился смертельный дым. Ни о чем не думая, я побежала к ограде и тут же с воплем чуть не упала на колени. Моя рука словно вспыхнула огнем, под кожей запекло с такой силой, что от боли я чуть не закричала. Манжет пропитался кровью.
Змея вернулась… Действие травы окончилось. Мне больше не остановить туман. От этой мысли накатила волна жара, охватывая все тело, пробивая липким потом, к горлу подступила тошнота. Последнее время она сводила меня с ума. Продукты из подвала, залежавшиеся там годами, не подходили моему современному желудку. Он исторгал содержимое и по утрам, и по вечерам.
– Я его принесу! Успею! Еще есть время! Он не мог далеко уйти!
А я так и осталась стоять на коленях, не чувствуя боли, цепенея от ужаса и от понимания, что я не могу его остановить… Не могу умолять не спасти чужого ребенка.
И вдруг застыла, всматриваясь в надвигающуюся бурю. Из блеклых клубков, ползущих в сторону монастыря, выскочила огромная черная тварь. Она неслась что есть мочи на Моргана. Мне она показалась исчадием ада, выскочившим из самой преисподней. Я хотела закричать и не смогла.
Уилл схватил меня и потащил в дом, несмотря на сопротивление.
– Нееет, отпустииии! – я пыталась вырваться, но он тащил меня внутрь, а дозорному крикнул.
– Застрели тварь! И иди в укрытие!
– Не стреляяяять! – услышала голос Моргана и обессилев повисла на руке брата. Ламберт бежал обратно к молельне, держа в руках ребенка, а рядом с ним несся доберман со сверкающими глазами и раскрытой пастью.
Когда за ними захлопнулась дверь, на нее налегли и закрыли засов. Я почувствовала, как у меня пол уходит из-под ног и сильно кружится голова. К горлу подкатил ком тошноты, перехватывая дыхание. Я высвободилась из рук Уилла и бросилась в другую комнату, исторгать содержимое желудка в ведро, стоя на коленях.
Меня выворачивало мучительно долго, до спазмов в горле, до судорог и мушек перед глазами. Кто-то заботливо придержал мои волосы и подал мне платок со стаканом воды.
– Сполосните рот и вытритесь.
Голос Питера прорвался сквозь пелену недомогания.
– Как давно вас так рвет?
– Не…не знаю… Давно… Больше месяца точно… с той ночи, когда та девушка пришла… из королевства… Это еда. Я не привыкла к такой…
– Ничего. Скоро вам станет получше. Через месяц-два точно полегчает.
– Да, я привыкну и полегчает.
Прополоскала рот, сделала глоток и тут же склонилась над ведром снова.
– Большинство женщин тошнит на таких сроках….
Застыла на коленях, глядя впереди себя и чувствуя, как наворачиваются слезы. Это было больно. Неожиданно очень и очень больно. Я думала, что свыклась с мыслью о том, что не могу иметь детей… но нет. Все еще как ножом прямо в сердце.
– У меня не может быть детей, – сказала едва слышно и сполоснула водой лицо. – Идите лучше осмотрите малыша, которого спас Морган.