(Не)правильный выбор (СИ)

— Анюта, а как же мы? Анюта… — надломленный голос Димки врезался мне в спину, и я не успела ему ответить, так как дверь распахнулась, и на пороге появились Тёмка и Антон.
— Мама, папа, — потянули они нас с Сашей за собой, — бабушка в дом вас зовет. Говорит, котлетки с картошкой остывают… и блинчики, — тараторит Тёмка.
А у Антошки загадочная улыбка на губах застывает при последних словах брата.
— М-м-м, блинчики, мам, давай быстрее, а то остынут, — тянет он меня за полу тулупчика.
Я оборачиваюсь на Димку, и в сердце, какая-то радость разливается. Вижу, как он пятится спиной к выходу, не спуская с нас глаз. Во взгляде читается полная безнадега и пустота, а губы перекошены в больной улыбке. На лице застыло чёткое выражение страдания… и я поняла, что он осознал… в этот самый момент осознал, что потерял… Но для него было уже поздно, что-либо возвращать. В моём сердце прошлому места больше нет.
В моём сердце… в моей душе живёт и властвует уже другой мужчина. Мужчина, который смог подарить мне свет. Мужчина, который смог простить… смог принять и полюбить меня такую, какая я есть.
И я рада, что мне выпал единственный шанс в моей жизни испытать это светлое, непоколебимое ничем и никем чувство безграничной любви. Любви к мужу и детям.
Обнимаю мужа за пояс и прижимаюсь к нему настолько тесно, насколько хватает сил. Всхлипываю.
— Аня, ну, ты чего? — Сашка обнимает меня в ответ и целует в макушку. — Расстроилась из-за него? — в голосе скользят подозрительные нотки обиды.
— Дурачок ты, Сашка. Я не расстроена. Я счастлива… что ты у меня есть, — поднимаю лицо, чтобы поймать его поцелуй, уже в губы, — что вы у меня есть…
— Люблю тебя, Аня, больше жизни люблю, слышишь?! И я счастлив, что вы у меня есть…