Записки принцессы. Поцелуй для демона (СИ)
Пламя маленькой свечи едва освещало тесную храмовую келью. Узкая кровать, стол, сундучок с вещами, стул. Не привыкать обходиться малым, но каменные стены давили, день за днем напоминая о безысходности её положения.
Звон. В ушах или в сознании? Или…
Отвернувшись от окна, девушка метнулась к сундучку, подняла крышку и быстро извлекла из-под стопки сложенной одежды овальное ручное зеркало. Села прямо на холодный пол, чуть дрожащими пальцами коснулась символа встречного открытия канала. Сердце забилось чаще. Единственный человек в целом мире, который знал… знал всё. О ней.
Отражение собственного бледного лика с тревожно расширившимися карими глазами подернулось рябью и исчезло, сменившись любимым лицом.
— Ден, — прошептала Морган.
— Морган. — Он улыбнулся. — Как ты?
— Я… — Ответная улыбка вышла жалкой, не надо смотреть в зеркало, чтобы понять сей прискорбный факт. — Не знаю, что добьет меня раньше — каменные стены, кошмары или божьи сестры с их бесконечными молитвами и нотациями.
— Морган. — Ден посмотрел внимательно, серьезно. — Ты должна знать. Твой брат жив.
— Что? — Жив? Но… Но как?
— Жив, я сам его видел. Вероятно, твой братец способен пережить даже «Поцелуй вьюги».
Зеркало задрожало в руке, горло перехватило. Жив! Слава богам! Надо сказать маме…
— Где он? Где ты его видел?
— У нас, в Лире. Но сейчас он где-то в Железном мире, не знаю, где именно.
Не важно. Совершенно не важно. Маму сломила потеря обоих сыновей и страшнее всего наблюдать, как мама медленно, неумолимо угасала, и знать, что не можешь ничего сделать.
Морган поднялась с пола, бросилась в соседнюю келью. Привычно создала огненный, осветивший клетушку шарик, склонилась к лежащей на постели женщине.
— Мама! Мамочка! — Девушка коснулась плеча женщины, легонько потрясла, и та неохотно перевернулась с бока на спину, обратила на дочь сонный взор голубых глаз.
— Морри, опять кошмары?
— Мама, кошмаров больше не будет. Трей жив, слышишь? Жив!
Конец 1 тома