Демоненок (СИ)

И вот опять не успел он посетить первый людской город, как умудрился сцепиться с остроухими и снова в полуживом состоянии валяется в отключке.
Потом бог вспомнил, что решил посмотреть, чем занимается отряд под руководством эльфийки, бегающий за парнем, и не пожалел о потраченном времени. Те тоже вляпались в очередную историю и грохнули высшего ушастого. Следя за их действиями, Аригат мысленно делал ставки — вспомнят ли они про эльфа, отданного им Лугатом, ведь именно он видел необычную ауру Илвуса, когда тот из любопытства заглянул в его камеру в подвале замка вампиров рода дэ Тор. Но нет, в суматохе событий они просто забыли или посчитали информацию, которую он может предоставить, не столь ценной. А ведь если бы он подтвердил уникальность парня, то эльфийка с магом могли бы снять с себя множество проблем, при наличии у них такого свидетеля — империя ещё бы и на награду не поскупилась. В тот момент у Аригата даже проскочило желание подтолкнуть их действия, чтобы они вспомнили об освобождённом эльфе и этим вывел бы их из игры, по крайней мере, на время, пока бы они доставили ценного свидетеля и пока разобрались с империей, прошло бы не мало декад. Но в этот момент ход событий и решение бога изменила сама эльфийка, обратившись к высшим силам молитвой — "Боги! Если вы меня слышите! Сделайте так, чтобы тёмное и светлое смогли соединиться!"
Сделав очередной глоток, Аригат ухмыльнулся, он решил ответить на её просьбу и немного поправил её ауру и ауру тёмного мага. Ответив на молитву, Аригат не нарушал законы мироздания и мог не бояться последствий. Теперь эти смертные смогут быть вместе и даже при желании смогут вступить в брак и рожать потомство.
И в этот момент даже высший Бессмертный не смог просчитать, что своими действиями положил начало рождению в этом мире новой расы — тёмных эльфов. Именно так будут называть детей появившихся в процессе зачатия светлой эльфийки с энергетикой магии жизни и тёмного мага с тёмной силой магии смерти. Но это пока вопрос далёкого будущего, до которого этим смертным ещё надо было дожить.
Аригат залпом допил остатки алкоголя, и, вертя пустой бокал в руке, раздумывал — стоит ли помочь парню, тот сейчас был на грани жизни и смерти. Но, поразмыслив, решил всё оставить, как есть. Мальчишка, получив помощь извне, в дальнейшем может почувствовать себя совсем неуязвимым и наделать глупостей, да и мироздание может наказать за такое самовольство. Напрямую и лишь по своему желанию влиять на судьбы смертных было очень черевато для богов. Были прецеденты, и сейчас Аригат вспомнил один случай, как одна из богинь влюбилась в обычного смертного и решила приподнять его статус в обществе, сделав его местным корольком, и уже после оказывала всякое содействие в любом его желании. Припомнив эту историю, бог везения хмыкнул. Для той богини тогда всё кончилось печально! Мироздание в наказание лишило её Бессмертия, оставив ей лишь молодость и возможность прожить обычную и короткую человеческую жизнь. Её возлюбленный, на тот момент уже получивший власть и возомнивший себя местным императришкой, узнав, что теперь она простая смертная и без капли божественной силы, отверг её. Естественно, та, осознав, что натворила и, поддавшись эмоциям, тут же покончила собой, хотя смерть — это не конец, и вряд ли посмертие было для неё облегчением. Кстати, та богиня была покровительницей ремесленников и мастеров и до сих пор её место в пантеоне богов так никто и не занял.
Эта история вдруг напомнила Аригату одну очень распространённую во многих мирах игру, называли её, впрочем, как и игральные фигуры к ней, везде по разному: стратегия; битва военной мысли; в родном мире Илвуса она носила название — шахматы, что в буквальном переводе означало — шах умер. Было много и других названий совершенно на разных языках и с чуть отличающимися правилами, но смысл игры всегда был один — надо было грамотно расставить фигуры так, чтобы не оставить противнику выбора и загнать его в ловушку, при этом часто жертвуя многими из них. Вот и реальность была отображением этой игры — смертные для богов были лишь фигурами, и большинство из них лишь пешками — самые слабые из них. Хотя и сами боги были всего лишь такие же фигурки на доске множества вселенных, которые двигает мироздание. И кто знает, возможно, что есть сила, которая так же "играет" самим мирозданием!
Аригат снова наполнил бокал, но отпивать не спешил и разглядывал голубоватую жидкость, потом поставил стакан на столик рядом с бутылкой, и принял решение. Раз уж напрямую помочь мальчишке не получается, то надо косвенно вмешаться и вытащить того "за уши" из-за грани. Бог открыл портал и, прежде чем шагнуть в него, произнёс вслух: — Ох, парень, ты со мной не расплатишься! Придётся за тебя торговаться с самой богиней смерти!
Портал закрылся, а спиралевидная бутылка, исчезнув со столика, тут же заняла своё место на полке, откуда её взял бог.
Конец первой книги.