Как дружба с недружбою воевали

– Вы уж скажете, – смущённо ответил кот. Было видно, что он доволен, а смущается только из скромности. – И не сделал я ничего особенного. Ну, позвонил вам в аэропорт, чтобы срочно ехали. Ну, ещё кое-что, по мелочи…
– Скромность красит человека, а не кота. Пьем за доблесть, – остановил его Абрикос.
Они чокнулись. Кот махом выдул коньяк и занюхал его хвостом. Андрей Т. закусил конфетой. Абрикос вообще не закусывал, а только облизнул губы.
С полминуты они молчали, прислушиваясь, как укладывается на дно желудков коньяк. Убедившись, что всё нормально, Абрикос спросил у кота:
– Вот скажи нам, Базильо, ты мудрый, ты должен знать. Что на свете самое главное?
– Главное – оставаться человеком и умницей, – не задумываясь ответил кот.
– Вот и я ему то же самое говорю. – Горлышком коньячной бутылки Абрикос показывал на Андрея Т. – Но не всё ли равно, где им оставаться, в смысле – человеком и умницей? Я ему предлагаю, пусть временно поживёт у нас, условия я ему обеспечу, а он, пьяная образина, рвётся в последний бой. Он их, мол, породил, ему их, гадов, и убивать. Жил на свете рыцарь бедный… – Абрикос хмыкнул и плеснул коньяка по рюмкам.
– Вот ты, Базильо, ты же старый боец, объясни ему, неверующему Фоме. С этой нечистью разве можно драться?
Кот грустно посмотрел на директора, потом, внимательно, на Андрея Т.:
– Я вам не говорил, а теперь скажу. Мы с вашим Мурзилой родные братья. Я по паспорту – Мурзила-VI-б, только нас разлучили в детстве. А Базильо – это мой псевдоним. Я уже передал брату, чтобы готовил кошачью армию. Так что, когда будете выступать, скажите, коты помогут.
– И ты, Базильо… – Абрикос мотнул головой. Потом вздохнул, взял рюмку и произнёс: – Ну что ж, тогда за победу!
Молчавший до того Спиха задрожал вдруг весёлой дрожью и голосом, знакомым и твердым, ударил победный марш.
Санкт-Петербург 10 июня 1999 года