Долгий путь вниз

 
Джейсон Рейнольдс
 
Долгий путь вниз
 
Jason Reynolds
LONG WAY DOWN
Печатается с разрешения автора и литературных агентств Pippin Properties, Inc. (Rights People, London) и The Van Lear Agency.
© Jason Reynolds, 2017
© Издание на русском языке AST Publishers, 2020
* * *
Посвящается всем юным братьям и сестрам, содержащимся в местах предварительного заключения по всей стране, тем, кого я видел и кого нет.
 
Я вас люблю.
 
Никто
– не верьте сегодня
вообще ничему,
поэтому я и молчал до сих пор
и только сегодня решил рассказать
о том, что случилось со мной.
Но штука вся в том,
вы тоже сочтете,
как будто я спятил,
но это не так,
и все это – правда.
И все это было
реально со мной.
Да.
На самом деле.
Меня зовут
Уилл.
Уильям.
Уильям Холломан.
Вот только друзья
и все,
кто знает меня,
зовут меня
просто Уилл.
И вас я прошу называть меня Уилл,
ведь после того,
что я вам расскажу,
все вы согласитесь
стать другом моим,
а может,
и нет.
Но так иль иначе,
знакомьтесь со мной,
узнайте меня.
Я просто Уильям
для мамы своей
и брата по имени Шон,
когда он пытался
меня рассмешить.
Теперь
я очень жалею,
что мало смеялся
над глупыми шутками Шона,
да все потому,
что позавчера
его застрелили
насмерть.
Я не знаю вас,
я не знаю
ничего про вас,
есть ли у вас
братья
или сестры,
или мамы,
или папы,
или даже двоюродные,
но они для вас
как родные,
или тети,
или дяди,
но они для вас
как мамы
и папы,
но если кровь,
что течет в ваших жилах,
течет и внутри кого-то еще,
вам не захочется
увидеть ее
снаружи.
Грусть
очень трудно
объяснить.
Представь –
ты проснулся,
а рядом чужак,
связал тебя крепко,
щипцы сунул в рот,
хватая твой зуб,
тот коренной,
здоровенный,
тот, важный и нужный,
и вырвал его.
Представь, как в висках
стучит кровь
и давит на мозг,
и шумом в ушах
льется наружу.
Но самое худшее,
самая жесть,
это твой же язык,
что лезет и лезет
в пустую дыру,
туда,
где когда-то был зуб,
но теперь его нет.
Так трудно сказать:
Умер
Шон.
Умер
Шон.
Умер
Шон.
Как странно и грустно звучит.
Как сон.
Но, наверное,
не удивительно,
и от этого
становится
еще грустней
и еще хуже.
Позавчера
я и мой друг Тони
болтали, шатаясь без дела,
мечтая, что вырастем скоро,
ведь нам только лишь по пятнадцать.
Когда Шону было пятнадцать,
он вырос на фут или больше
и сразу отдал мне прикиды,
в которые сам не влезал.
И Тони твердил мне, что точно,
он вырастет, ведь в баскетболе
считался у нас самым лучшим,
а сам коротышкою был.
И вы ж понимаете, в спорте,
рост нужен тебе для успеха,
ну, или учись ловко прыгать,
и ввысь, ну, как будто
летишь.
И тут раздались выстрелы.
Все бросились
прочь,
пригибаясь
пониже,
стараясь
спрятаться.
Короче, спасаясь,
как нас всех учили.
Молясь и надеясь,
прижавшись к асфальту,
чтоб чертовы пули
попали
не в нас.
После выстрелов
я и Тони –
мы выждали четко,
пока все утихнет,
потом понемногу
поднялись и стали
считать число трупов.
В тот день
там был лишь один.
Шон.