Ледяной огонь (ЛП)

Я сбила его на пол, и мне удалось нанести резкий удар, пока он был в замешательстве. После я услышала другие голоса позади меня. Другие Хёдрагены прибежали на крики.
В мгновение ока Константин был на ногах и прыгнул из окна за столом королевы. Стекло разбилось, холод и снег ворвались в комнату. Другие охранники бросились за Константином, но я вернулась к отцу, упав на колени рядом с ним.
Его рубашка была испачкана кровью, и я приложила руку к ране на груди, пытаясь остановить кровотечение. Папа положил свою руку на мою, его темные глаза были полны беспокойства.
- Мне жаль, что я не пришла сюда раньше, - сказала я, пытаясь удержать слезы.
- Нет, Брин, ты спасла мою жизнь. - Он поднялся, касаясь моей щеки окровавленной рукой. - Ты великолепно справилась сегодня.
Я оставалась с отцом, прижимая руку к его груди и делая все, что в моих силах, чтобы удержать в нем жизнь, пока не приехали медики и не оттащили меня. Они забрали его, обещая, что с ним будет все отлично, и, к счастью, они оказались правы.
Но после того как они ушли, я осталась стоять одна в кабинете. Моя белоснежная форма теперь окрасилась в красный цвет кровью моего отца, смешиваясь с моей из раны на плече. Я смотрела в разбитое окно.
Снег шел так сильно, что уже скрыл следы Константина. Как бы я ни была глупа, все чувства к Константину исчезли. Он был моим героем, но ничего из этого больше не имело значения. Он пытался убить моего отца, и теперь я не успокоюсь, пока он не понесет наказание за это.
 Глава 1. Засада 
  8 апреля 2014 год   а  
Три года в школе следопытов, в том числе боевой подготовки, курсы по социальному этикету и знакомство со сверстниками - ничего из этого не изменит тот факт, что я действительно ненавидела человеческую школу. Каждый раз, когда я поступала в новую школу, чтобы находиться рядом с очередным охраняемым лицом, я получала переосмысливание выбора моей работы.
Оглядываясь назад, до того как я решила пойти в школу следопытов, я охотнее бы предпочла среднюю школу Канинов, чтобы стать фермером или учителем, возможно, даже дрессировщиком лошадей; я помню, как наблюдала за следопытами, приходящих и уходящих из миссии. Они все казались такими величественными и могущественными. Они заслуживали уважение и восхищение всех в Дольстаме.
Я представляла себе всевозможные приключения, которые, вероятно, у них были, включая путешествия по миру. Большинство из них оставалось в Северной Америке, но иногда я слышала рассказы о следопытах, отправляющихся в Англию или Италию, а некоторые даже отправились в такие далекие страны, как, например, Япония...
Перспектива путешествий и защиты людей звучала захватывающе и благородно. Позднее я выпустилась и провела следующие четыре года на настоящих заданиях. Если бы я только знала, сколько моих «миссий», как следопыта, подразумевают под собой ношение колючей школьной формы и попыток общения на сленге так, чтобы я могла вписаться среди испорченных богатых детей, тогда, возможно, я бы пересмотрела свои планы.
Это было во время обеда на мой пятый день учебы в Чикаго; я следовала за Линусом от кампуса средней школы, когда поняла, что они тоже наблюдают за ним. Я не была точно уверена, кто они, когда заметила автомобиль, черный седан с тонированными стеклами, припаркованный поблизости со вчерашнего утра, и это было не просто совпадение.
Я оставила Линуса и двух его друзей на достаточном расстоянии так, чтобы не вызывать подозрений, и подумала, что таинственный мужчина в седане мог обнаружить охрану. Если они следили за Линусом, то должны были видеть меня, так как я общалась с мальчиком. Но это не означало, что они знали, кто я. По крайней мере, пока.
Сопровождение обычно было простым, если все сделано правильно. Первым шагом было наблюдение. В этом случае я нашла Линуса Берлинга и один или два дня ничего не предпринимала, кроме как наблюдала за ним. Целью было выяснить, кто он и что любит, так было проще завоевать его доверие.
 
Второй шаг - проникнуть в его жизнь, именно поэтому я была одета в смешную школьную форму первокурсника, голубая клетчатая юбка и жакет, который казался слишком теплым.
В сочетании с подкупающим обаянием и частичкой мастерства Канин я попала на такое количество занятий с Линусом, насколько это было возможно, и начала «случайно» натыкаться на него. Мы немного разговаривали, я интересовалась его увлечениями, смеялась над его шутками и располагала его к себе.
Это привело к третьему шагу. После того, как я добилась доверия, я скидывала на них бомбу о том, кто они были на самом деле, и надеялась, что они поверят мне. Как правило, ребята уже подозревали, что они другие, и, если я делала правильно свою работу, все оказывались на своих местах.
Тогда оставался лишь вопрос доставки их домой, желательно с имуществом в руках.
Теперь проблема заключалась в черном седане, и я должна была выяснить, что делать.
Линус и его друзья из школы зашли в ресторан, но я не последовала за ними. Осталась снаружи, наблюдая через переднее окно, как они сели за стол. В своем темно- синем пиджаке, Линус казался широкоплечим, на самом деле он был высокий и худой. Во время наблюдения за ним, он полдюжины раз упал на уроке физкультуры, и я знала, что от него не было никакой пользы в драке.
Ресторан был переполнен; друзья вместе общались и смеялись. Тот, кто следил за ним в темном седане, пытался быть незамеченными, что означало нежелание устраивать сцену в таком месте, как это. На данный момент Линус был в безопасности.
Я отошла, обошла вокруг ресторана и срезала через аллею. Когда я вернулась на улицу, седан был припаркован в нескольких футах от меня, но я осталась в переулке, выглядывая из-за угла.
Даже с такого расстояния тонировка на окнах автомобиля была слишком темной для меня, чтобы позволить что-нибудь рассмотреть. Мне нужно было больше информации, поэтому я решила позвонить Ридли Дрездену.
Он был Ректором, так что он мог иметь больше информации о том, что происходит. Ридли возглавлял следопытов, занимался определением на должность, присвоением подменышей, и просто следил за нами. Из-за своей должности Дрезден был проинформирован больше меня, и он мог бы пролить свет на седан.
Прежде, чем позвонить, я решила использовать видео звонок на моем телефоне. Казалось, это было отличным решением, потому, что тогда я бы на самом деле показала Ридли автомобиль, а не просто его описала.
Но когда ответил Ридли, без рубашки, с еще более растрепанными каштановыми кудрями, чем обычно, то поняла, что должна была для начала написать сообщение, сообщая о том, что планирую видео связь с ним.
- Брин? - Спросил он, а за ним я увидела движение - кто-то встал, заворачиваясь в темное одеяло. - Все в порядке?
- Да и нет, - сказала я шепотом, так как не хотела, чтобы меня слышали идущие по улице люди. - Извини, что беспокою тебя.
- Нет, все нормально.
Он выпрямился и амулет кролика, который он носил на кожаном ремешке на шее, скользнул на обнаженную грудь. Я слышала голос девушки на фоне, но не могла ее понять.
- Секундочку.
Он прикрыл рукой телефон, закрывая камеру и микрофон, но я все еще могла расслышать, как он обещает ей позже позвонить.
- Прости. Я вернулся.
- Не должен ли ты быть на работе прямо сейчас? - Спросила я, неодобрительно поднимая бровь.
- У меня перерыв. Это называется интимная встреча, - сказал Ридли, встречая мой взгляд с дьявольским блеском в глазах.
Когда я закончила обучения следопыта, был год, когда Ридли стал Ректором. Я не знала его прежде, но его репутация шла впереди него. Все считали его одним из лучших следопытов; хотя ему шел лишь двадцать четвертый год, он был вынужден уйти в отставку три года назад. Дрезден выглядел очень молодо для парня своих лет, но благодаря щетине, больше не мог походить на подростка.
 
Это была лишь малая толика репутации, которую я слышала о нем. Ридли имел долгую историю героя - любовника, и это было не в первый раз, когда я случайно его поймала в пикантной ситуации.