Аферистка

Деньги играют на Эфате огромную роль. У кого есть деньги, того здесь встречают с распростертыми объятиями. С органами власти всегда легко договориться. Для этого надо всего лишь пожертвовать какую-то сумму на общественные нужды. Я профинансировала создание образцовой фермы, которую потом открыла в торжественной обстановке, как почетная гостья. Дела на ферме сейчас идут средне, работать в тропическом климате очень тяжело. Местные жители посмеиваются над нами, обливающимися потом гринго.
Мы все здесь в эмиграции и прячем свои белокожие лица от палящего солнца. Проклинаем москитов и лень местных жителей. Мы живем здесь в замедленном темпе и от души ненавидим друг друга, потому что вынуждены постоянно сталкиваться на улицах маленького города, расположенного на краю света.
Здесь говорят на смеси английского и французского языков, а также местных диалектов. Этот смешанный язык похож на «пиджн инглиш» и служит основой общения представителей различных национальностей, населяющих остров. В нем нет высоких, громких понятий. Похоже, беспощадное солнце выжигает все лишнее и чрезмерное. В этой жаре я постепенно забыла, что когда-то мерзла.
Я ношу широкополые шляпы, такие, какие когда-то любила Клара, и обмахиваюсь огромными веерами. Я предпочитаю широкие белые платья и босоножки, в которых удобно ходить по песчаному пляжу. Мои драгоценности лежат в банковском сейфе. Иногда я посещаю банк, чтобы взглянуть на них. Мне нравится приятная прохлада, которая царит в помещениях подземного хранилища.
В моем доме испортился кондиционер, и я знаю, что пройдет несколько дней или даже недель, прежде чем его починят. Я обещала китайцу, занимающемуся ремонтом кондиционеров, премию в тысячу долларов, если он в ближайшее время достанет запасные части. Однако этот человек нарасхват в Порт-Вила, где постоянно стоит жара и выходят из строя кондиционеры.
Мы живем в тропическом раю. К нам на остров часто приезжают туристы, которые делают покупки в Порт-Вила и поднимаются на вулкан в Танна. Мы относимся к ним как к надоедливым москитам, которые хотя и не кусаются, однако сильно шумят. Местная детвора охотится на туристов. Молодежь проносится мимо них на мотоциклах, пугая зазевавшихся. Старшее поколение местных жителей предпочитает заниматься сексом, пить спиртное и слушать музыку. Азиаты приумножают свое состояние и предаются азартным играм. Белые развлекаются кто как может и тоскуют по тому, что они называют цивилизацией.
Мне нравится жить на острове. Я регулярно летаю на Фиджи, где учусь летному искусству. Когда получу права пилота, я куплю себе небольшой самолет и создам авиакомпанию. Таковы мои планы на перспективу, но я не спешу реализовать их. Слово «спешить» звучит как непристойность в этой части света. Время течет на острове совсем по-иному, чем в привычном для нас мире. День сменяется ночью, приливы — отливами. Время можно измерять по солнцу или по ветру, который вечером начинает дуть с моря. Иногда я боксирую, тренируюсь с боксерской грушей, чтобы не потерять форму.
Я почти забыла свое прошлое. Роскошь здесь, на острове, — это функционирующие кондиционеры, исправные автомобили, вчерашняя газета и возможность съездить на Фиджи. Роскошь — это столик в ресторане «Джои», где официанты подают коньяк с кубиками льда и начинают насвистывать, когда посетители жалуются на прокисшее бордо. В «Джои» посетители бросают недоеденных омаров в сад, где ждут лакомства бродячие кошки и собаки. Роскошь — это возможность пить вино, которое привозится сюда издалека, с другого конца мира. А еще роскошью здесь считается не наступить в темноте на кучу собачьего дерьма.
Когда я создам авиакомпанию по доставке туристов на остров, я возьму на работу Малькольма, моего инструктора по авиаспорту. А пока я участвую в реализации массы проектов, в которые уважаемые жители Эфата вкладывают свои средства. В основном это проекты по охране окружающей среды: уборка мусора, лесопосадки, создание инфраструктуры туризма и возведение гостиниц. Наши деньги — пусть и заработанные не всегда честным путем — не пахнут. Они используются для ликвидации нищеты, потому что бедность и нищета безобразны и портят красоту острова, которая является экономическим фактором, поскольку привлекает туристов. Так что наши действия носят не альтруистический, а скорее экономический характер. Тот, кто намеревается остаться на острове, стремится поднять уровень жизни на нем и качество обслуживания туристов, заботясь прежде всего о себе. Мы готовы вкладывать деньги в школы и образование, потому что для сферы обслуживания требуются высококвалифицированные кадры. Мы — хорошие капиталисты. Клара, наверное, зааплодировала бы нам с насмешливой улыбкой, а потом основала бы здесь маленький театр. На сцене под пальмами она ставила бы пьесы Брехта. «Трехгрошовая опера» наверняка пользовалась бы успехом. В этой части света любят музыку и черный юмор.
 
Мне нравится жизнь такой, какая она есть. Джон вкладывает деньги в развитие рыболовства на острове и уже организовал фабрику по переработке рыбы в Танна, где он планирует использовать горячие источники в промышленных целях. У него довольно амбициозные планы, своему первому рыболовному катеру он дал имя «Фелиция». Мы по-прежнему не доверяем друг другу, но считаем, что это хорошая основа для совместной жизни, которая будет наполнена ссорами, примирениями, страстью и попытками лучше узнать друг друга и завоевать расположение партнера. Может быть, мы нужны друг другу для того, чтобы сохранить воспоминания о прошлом. Мы надеялись, что Вольф Гриндель не доберется до нас. В Канберре мы едва спаслись от двух детективов, которые шли по нашему следу. В последний момент нам удалось уйти по пожарной лестнице отеля. Ночь мы провели в парке, где придумали, как замести следы. Часы, проведенные на скамейке, сблизили нас. Секс служил нам утешением и надеждой на то, что влюбленные непобедимы.
Йорг Бауэр так и не назвал мне своего настоящего имени. Впрочем, какое это имеет значение! В Эфате мы все равно изменили свои имена, купив фальшивые паспорта. Свои деньги мы положили в разные банки. Джон (так назвал себя здесь Йорг Бауэр) ничего не знает о моем швейцарском счете. Однако я много рассказывала ему о себе и Кларе долгими вечерами, сидя у нашего дома и наслаждаясь ветром с моря. В этом мужчине нет ничего особенного, но он хорошо вписывается в мою нынешнюю жизнь. Он напоминает мне о той, какой я была когда-то и какой никогда больше не буду.