Жестокая жара
Доктор Пэриш оказалась терпеливым патологоанатомом: ежеминутно поднимая глаза к потолку, она тем не менее без возражений сносила мои кладбищенские каламбуры, черный юмор и бурное веселье. Кроме того, мне очень повезло: совершенно случайно я обнаружил, что Лэни поет блюз.
Моя мама, Марта, на личном примере научила меня, как нужно нарываться на неприятности — то есть элегантно; а моя дочь Алексис показала мне, что кому-то в нашей семье все-таки нужно быть взрослым. Благодарение Богу, эта роль выпала не мне.
Натан, [152]Стана, [153]Шеймус, [154]Джон, [155]Молли, [156]Сьюзан, [157]Тамала [158]и Пенни [159]дарят людям жизнь, истину, любовь, день и ночь. Интересно, как это у них так легко получается?
Команда из Клинтон-билдинг [160]знает меня лучше меня самого, и эти искренние строки, написанные ручкой «Монблан», — признательность за фантазию, веру и остывшую еду из кафе.
Благодаря Терри Эдде Миллер [161]мне никогда не нужно гадать, кто это рядом со мной, или волноваться из-за того, что происходит за спиной. Пусть все наши дальнейшие путешествия будут также напоминать сафари.
Дженнифер Аллен [162]все еще заставляет меня падать без чувств, а потом подхватывает, чтобы я не стукнулся головой об пол. Так всегда было, есть и будет.
Благодарю Гретхен Янг, [163]своего редактора. Один бросок костей, и вот мы снова за игорным столом, слушаем бешеный стук собственных сердец и игнорируем наличие бара. Спасибо Гретхен и всем сотрудникам издательства «Hyperion», включая Эллисон Рудольф. Я также бесконечно благодарен за заботу и поддержку Мелиссе Харлинг-Валенди [164]и команде канала ABC.
Выражаю признательность Слоану Гаррису, моему литературному агенту в ICM. [165]После всех этих лет, когда он не переставал верить в меня и руководил мной с такой добротой и любовью, я понял, что я самый везучий в мире писатель.
Где бы я ни был — в Вегасе, в Атлантик-Сити или за зеленым сукном в некой квартире в Трайбеке, я бесконечно благодарен Коннелли, Лихэйну, Паттерсону и преждевременно покинувшему нас Каннеллу [166]за то, что помогают мне не позабыть навыки игры в покер.
Мой друг Элтон Браун научил меня кипятить воду, а Эллен Боракове из офиса судмедэкспертизы показала, как дышать ртом, чтобы обмануть обоняние. Благодаря им обоим у меня улучшился аппетит.
А Эндрю… [167]Что сказать, чтобы нарисовать правдивую картину? Я начал как поклонник, затем стал коллегой, а теперь с гордостью могу называть его другом. Эндрю — лучший, потому что обладает не только талантом. У него есть смелость. Этот человек не боится идти на риск и удваивать ставки. И я подозреваю, что он, как и его коллега Том, [168]искренне предан своему другу.
Идем дальше, ребята.
Р. К.
Нью-Йорк, июнь 2012