Гэсэр

 В стране, где ветер, в стране, где тьма,
 Бьется их дядя Абай Гэсэр с дьяволом Гал-Нурман.
 Смотрят внуки в четыре глаза
 И глазам не верят.
 Дядя их с каждым часом
 В этой схватке слабеет.
 Ухватиться он за дьявола хочет,
 А у него не хватается,
 Толкнуть он дьявола хочет,
 А у него не толкается.
 Силы его кончаются.
 Сильные руки его
 Как будто немеют,
 Белые зубы его
 Как будто чернеют.
 Ясные глаза его
 Как будто мутнеют.
 Увидев это, Айзай и Муузай домой
 Немедленно побежали,
 Деду Хану Хурмасу наперебой
 Обо всем рассказали:
 — Делать нам было нечего,
 Играли мы дружно, весело.
 Шли мы тропинкой длинной
 Посреди небесной долины.
 Один небесный краешек отогнули
 И на землю вниз заглянули.
 Интересно нам было, как люди живут,
 Скотину пасут, пищу жуют.
 Увидели мы, что в одной пустынной стране,
 В засушливой ветреной стороне,
 Где деревья с корнями выдернуты,
 Где все наизнанку вывернуто,
 Где река под тремя преградами
 Проскальзывает тремя водопадами.
 В стране, где холод, в стране, где тьма,
 Сражаются наш дядя и Гал-Нурман.
 Да, Абай Гэсэр там сражается,
 Но силы у него уж кончаются.
 Услыхав от внучат подобный рассказ,
 На коня вскочил Хан Хурмас.
 С белыми мыслями в белом уме
 Скачет он к бабушке Манзан-Гурмэ.
 Коня к коновязи привязывает,
 О случившемся несчастьи рассказывает.
 О том рассказывает, что недалеко от востока,
 Абай Гэсэр не выдержав срока,
 Девяти положенных лет не выждав,
 С Гал-Нурманом сражаться вышел.
 А теперь козленком он верещит,
 А теперь ягненком он блеет.
 В руках у дьявола по швам трещит,
 С каждым часом слабеет.
 Сам он в возрасте малого ребенка,
 Конь его в возрасте жеребенка.
 Гал-Нурман из него веревки вьет,
 Крутит, вертит, о землю бьет.
 Бабушка, сидящая
 С серебряной чашей в руках,
 
 Бабушка, следящая
 За всеми звездами в небесах,
 Бабушка, опирающаяся
 На множество горных вершин,
 Бабушка, обозревающая
 Множество небесных долин,
 Бабушка,
 Звездные книги читающая,
 Бабушка,
 Все швы во вселенной сшивающая,
 Бабушка,
 Держащая все тайны в уме,
 Великая бабушка Манзан-Гурмэ,
 Умела сразу за дело браться,
 Вызывает она Гэсэрова братца.
 На коне соколино-сером
 Примчался Заса-Мэргэн, брат Гэсэра.
 Дает ему бабушка белыми руками
 С конскую голову алмазный камень,
 Камень священный, камень мерцающий,
 В любую цель без промаха попадающий.
 — Заса-Мэргэн, мой надежный внук,
 Возьми этот камень из добрых рук.
 На седьмую земную твердь
 Ты скорее скачи теперь
 На коне соколино-сером,
 Помоги ты брату Гэсэру.
 Заса-Мэргэн немедленно отправляется,
 До двери между небом и землей добирается.
 За дверь тихонечко потянул,
 Приоткрыл и вниз заглянул.
 Видит он, что в стране холодной,
 Видит он, что в стране бесплодной,
 Видит он, что в стране бестравной,
 Видит он, что в стране бесправной,
 Где деревья с корнями выдернуты
 И где все наизнанку вывернуто,
 Где великая сушь и тьма,
 Побеждает Гэсэра Гал-Нурман.
 Руки, ноги у Гэсэра слабеют,
 Жилы его вот-вот лопнут,
 Помочь ему никто не успеет,
 Гал-Нурман его слопает.
 Пока доскачешь до земли от неба,
 Абая Гэсэра — как и не было.
 Берет Заса-Мэргэн двумя руками
 С лошадиную голову алмазный камень,
 Камень священный, камень мерцающий,
 В любую цель без промаха попадающий.
 Над камнем Заса-Мэргэн батор
 Произносит шепотом наговор:
 — Звездный глаз,
 На черную землю лети.