Гэсэр

 Глазными белками сверкает.
 Силы у него прибавляется,
 Коварство у него умножается.
 Прежде чем солнце и луну проглотить,
 Прежде чем землю Улгэн испепелить,
 Прежде чем народ на земле истребить,
 Он высокое небо раскачивает,
 Он широкую землю растрясывает,
 Он глубокое море разволновывает,
 Он Сумбэр-гору потрясает,
 Жадный ветер на волю выпускает.
 Сквозняками мир продувает,
 Ядовитым туманом глушит,
 Едкой пылью сушит и душит.
 Напустивши пыли, ветров и тумана,
 Дьявол Архан-Шудхэр,
 Происшедший из головы Атай-Улана,
 Из головы лохматой, черной, большой,
 Стал гоняться за солнцем и за луной.
 Три дня и три ночи он их преследует,
 Три дня и три ночи он за ними гоняется,
 Но проглотить их — не получается.
 Все усилия его бесполезны:
 Ни луна, ни солнце в глотку не лезут.
 Измучился дьявол — хоть вешайся,
 Разозлился дьявол — до бешенства.
 Сердито надул он щеки,
 Брови его — как щетки.
 Тогда обратился он, бывший их господин,
 К властелинам сорока четырех восточных долин.
 Чтобы тэнгэрины его увидели,
 На небесную встал он кромку.
 — Помогите! — кричит им издали,—
 Пособите, — кричит им громко,—
 Язык мой ноет,
 Гортань моя сохнет,
 Глаза ослабли,
 Силы иссякли.
 Вы внутренности мои соберите,
 Части тела моего воссоедините,
 Пусть приму я тот,
 Мой прежний вид,
 Как трава растет,
 Как камыш стоит.
 Я на мир тогда
 Огонь напущу,
 За годы стыда,
 За позор отомщу.
 На просторах земли Хонин-Хото
 Я устрою тогда великий потоп,
 С Ханом Хурмасом схвачусь опять,
 Как веревку его скручу,
 Западных небожителей пятьдесят пять
 Вдрызг растопчу.
 Только внутренности мои соберите,
 Части тела моего воссоедините.
 Пусть приму я тот,
 Мой прежний вид,
 Как трава растет,
 Как камыш стоит.
 Сорок четыре восточных небожителя
 
 Голос бывшего Атай-Улана услышали,
 Издалека они его увидели,
 Из жилищ наружу все вышли.
 Собрались они быстро в кучу,
 Началась между ними буча.
 Всю черноту-клевету собрав,
 Они ругаются,
 Всю серость-мерзость собрав,
 Они толкутся,
 Между собой они тягаются,
 Между собой они дерутся.
 Наконец Агсаргалдай,—
 Главный черный батор,
 Широтой груди своей хвастаясь,
 Толщиной костей своих бахвалясь,
 Начинает деловой разговор.
 — Послушайте, — говорит,—
 Что я скажу сейчас.
 Нас, восточных небожителей,
 Обидел западный небожитель Хан Хурмас.
 Нашего славного Атай-Улана
 В ожесточеннейшей схватке он победил.
 Тело нашего славного Атай-Улана
 На семь частей он мечом разделил,
 Разбросал он эти части по земле, где тайга,
 В одном месте шея валяется, в другом нога.
 А отрубленную черно-круглую голову
 Ногой он пнул.
 Волосато-круглую голову
 Вниз столкнул.
 Большая круглая голова закрутилась,
 Между небом и землей остановилась.
 Вверх возвратиться — так сил уж нет,
 Вниз опуститься — желанья нет.
 Словно на веревке с неба спускается,
 Словно на подпорке над землей поднимается.
 Превратилась она меж звездных сфер
 В черного дьявола Архан-Шудхэр.
 Во все стороны дьявол мечется и бросается,
 Солнце и луну проглотить старается.
 Но усилия его бесполезны,
 Луна и солнце в глотку не лезут.
 В это время
 Части Атай-Улана, мечом раздробленные,
 В это время
 Куски Атай-Улана, по земле разбросанные,
 Валяются, гниют, высыхают,
 Черное зловоние порождают.
 Распространяются от них гниль и плесень,
 Расползаются от них все болезни.
 Богатая жизнь людей стала бедной,