Западноевропейская поэзия XХ века. Антология
МОГИЛА МЕСЬЕ МЕСЬЕ
В сгустившейся тишине,где слов не слышно совсем,Месье говорит с Месье,словно Никто с Никем.— Месье, когда смерть придети каждый из нас умрет,похоже будет тогда,что не было нас никогда!едва я уйду без возврата,кто скажет, что жил я когда-то?— Месье, — отвечает Месье, —вы правы, и тем не менеекто скажет, я есть или нетсейчас и в любое мгновение?Так быстро время уходит,что я, когда рассуждаю(глагол в настоящем времени,изъявительное наклонение),я, право, не тот уж, кем былв предшествующее мгновение.Прошедшее время тожесюда подойти не может.Здесь нужно, чувствую я,наклонение небытия.— Согласен, — Месье говорит, —и в наклонении этомо жизни своей поведу я рассказ,о жизни обоих нас:мы не рождались,не подрастали,не увлекались,не ели, не спали,мы не любилии не мечтали…Мы с вами никто!И мы ничегоне видели и не знали.МЕТАМОРФОЗЫ
В потемках Истории,в сумраке ночииду я на ощупь,всему удивляясь,иду, спотыкаюсь,и худо мне очень.Я шляпу беру —оказалась лягушка.Жену обнимаю —а это подушка.Погладил кота —оказался утюг.Окно открываю —и чувствую вдруг,что сырость чуланав лицо мне струится;я за чернильницупринял мокрицу,почтовый ящик —за мусорный ящик,свисток паровоза —за птичьи трели,гудок машины —за умное слово,плач принял за смех,тьму принял за свет,смерть принял за жизнь,а себя — за другого.ЖАН ФОЛЛЕН
Перевод М. Кудинова
Жан Фоллен(1903–1971). — Нерифмованные и не скованные нормами традиционной метрики, но подчиненные строгой внутренней архитектонике, стихи Фоллена напоминают натюрморты Шардена или отдельные фрагменты картин Вермеера; его обстоятельные и внешне неброские описания обыденных вещей таят в себе глубокий гуманистический подтекст. Основные сборники: «Теплая ладонь» (1933); «Времяпрепровождение» (1943); «Существовать» (1947); «Избранное» (1956); «Часы» (1960); «После всего» (1967).
ЖИЗНЬ
Родился ребенок,окруженный безбрежным пейзажем.Полвека спустяон был убит на войне.Кто помнит теперь,как однаждыпоставил он у порогатяжелый мешок,из которого выпали яблокии по земле покатились,и шорох катящихся яблоксмешался со звуком мира,где пели беззаботные птицы.ТАЙНА
Терпкая тайна жизни,в чем ты? Где ты таишься?Иногдав лихорадочном городевдругс лесов новостройкисрывается тихий рабочий.Но воздух весеннийпо-прежнему пахнет сиренью.Цепкое горенаходит пристанище в теле прекрасном.Зверь засыпает в жилище,которое строили люди.Мирные дни догорают…А войнамне видно конца.ЖАН ТОРТЕЛЬ
Перевод И. Кузнецовой
Жан Тортель(род. в 1904 г.). — Первый сборник, «Прижизненное» (1940), чуждый всякого намека на внешнюю эффектность, пронизан теплотой и задушевностью; каждое его стихотворение — это плод внутренней радости, которой поэт хочет поделиться с людьми. Конкретная образность, мелодичность, тяга к философскому осмыслению бытия характерна для сборников «Стихи дня и ночи» (1944), «Открытые города» (1966), «Пределы взгляда» (1971).
«Немое, гладкое и совершенно…»
Немое, гладкое и совершенноКруглое бывает солнцеЗимой, далекое,Взгляд в никуда.В нем нет огня, перед закатом рыжийКруг над платанамиНе возвещает ничего,Ни бури, ни грозы.Едва окрашена к полудню,Вся бледность неба кажется растворомПустой, лишенной тени синевы.Но не зеленой синевы глубокой,А бесплотной.* * *«Ржавые листья, разжатые руки…»
Ржавые листья, разжатые руки,Выпускают небо, ослабев.Неужто все пропало, все погибло?Как быть, безропотно упастьК ногам прохожих, к черным лужам?А было трепетом пронизано пространство.Тот день переполняло ликованье,Готовясь очертанья обрести.Я центром был.Влекомым ли куда-то, неподвижным, сам не знаю,Ферментом, пугалом или соблазном.И вот стою теперь,Спасая шляпу и пальто от ветра,И синим пламенем охвачена равнина.* * *