Западноевропейская поэзия XХ века. Антология
ТЕМНЫЕ РЕЧИ
Перевод Г. Ратгауза
Как Орфей, я хвалюСмерть, союзницу древнюю жизни,И всей земной красоте,И твоим глазам,Князьям высокого неба,Говорю мои темные речи.Ты помнишь ли грозное утро?Проснулся ты. На ладоньУпала роса. ГвоздикаДремала на сердце. Но тыУвидел темную реку,Бегущую мимо.Да, кровь — моя гибкая лира,Молчанье — моя струна.В руке я держу твое сердце.И знай, что прядь твоя сталаПрядью тени ночной,И хлопья зимнего мракаХолодят твои щеки.Отныне я не твоя,Мы опустили глаза.Но я хвалю, как Орфей,Жизнь, союзницу смерти,И мне сквозь закрытые векиСветит глаз твоих синева.АНГЛИЯ
ТОМАС ГАРДИ
Томас Гарди(1840–1928). — Родился в семье каменщика в Аппер-Бокхемптоне (Уэссекс). Получил профессию архитектора. Стихи писал с юности, но первоначальную известность приобрел как прозаик, автор серии «романов характеров и среды», выходивших с 1872 по 1895 г. В 1896 г. Т. Гарди сделал в дневнике следующую запись: «Быть может, в стихах я смогу полнее выразить мысли и чувства, противоречащие косному застывшему мнению, твердому, как скала, которое поддерживается множеством людей, вложивших в него капитал». В 1898 г. Т. Гарди опубликовал свой первый поэтический сборник, «Стихи Уэссекса». Потом вышли в свет еще семь книг стихов, а также стихотворная драматическая эпопея «Династы» (1904–1908). Гарди-поэт продолжал Гарди-прозаика, оставаясь в стихах таким же последовательно устремленным к правде и человечности и непримиримым к социальной несправедливости.
Стихотворения «Черный дрозд» и «Человек, которого он убил» в переводе М. Зенкевича были опубликованы в 1940 г. в журнале «Интернациональная литература».
ЧЕРНЫЙ ДРОЗД
Перевод М. Зенкевича
По роще мертвой я бродилВ морозном полумраке,И солнце зимнее без силМерцало, словно факел.Все жались дома к очагам,Лишь ветер бесприютный,С ветвей срывая пестрый хлам,Их рвал, как струны лютни.Был острый лик земли суровПод прелью увяданья,И облака — ее покров,А ветер — отпеванье.Зародыши во тьме тая,Жизнь замерла в покое.И в безнадежности, как я,Томилось все живое.Но вдруг над головой моейРаздался чистый голос,Как будто радость майских днейЛучами раскололась.Облезлый, старый черный дрозд,От холода весь съежась,Запел при блеске первых звездТак звонко, не тревожась.Все было пасмурно кругом,Печаль во всем сказалась,И радость в сумраке такомМне странной показалась, —Как будто в песне той, без словДоходчивой и внятной,Звучал какой-то светлый зов,Еще мне непонятныйЧЕЛОВЕК, КОТОРОГО ОН УБИЛ
Перевод М. Зенкевича
«Когда бы встретил яТакого паренька,Мы сели б рядом, как друзья,За столик кабачка.В сраженье, как солдат,Его я повстречалИ, выпустив в него заряд,Ухлопал наповал.Да, я убил егоЗа то, что он мой враг,Не правда ль — только и всего,Ведь это ясно так.Наверно, тяжелоОн без работы жил,Как я, продавши барахло,В солдаты поступил.Да, такова война!Тех убиваем мы,Кому бы поднесли винаИль дали бы взаймы».НАСЛЕДСТВЕННОСТЬ
Перевод Вл. Невского
Я — образ поколений;Истлеет плоть, а яживу, черты и тениВ столетиях тая,И вдруг являюсь сноваИз мрака забытья.Наследие столетий —Цвет глаз, волос, бровей,Я — то, пред чем ничтожноМерило наших дней;Я — вечное на свете,Нет для меня смертей.ПОЭТ
Перевод А. Сергеева
Он хочет жить темно и тихо,Ему противны свет, шумиха,Молва, визиты в знатный домИ лесть, и клятвы за столом.Он не нуждается в участьеБогатства, красоты и властиИ в чувствах тех, кто в дальний путьСпешит, чтоб на него взглянуть.Когда же весть до вас дойдет,Что он окончил круг забот,В час сумеречный, час унылыйСкажите над его могилой:«Тебя любили две души».И день в кладбищенской тишиПри свете звезд умрет спокойно.Так будет честно и достойно.ВОЗВРАЩЕНИЕ ПОСЛЕ ПЕРВОЙ ВСТРЕЧИ С НЕЮ
Перевод О. Чугай
Светило клонится к земле.Смешались явь и сон —Мне вдруг почудился во мглеДуши ответный стон.Последний вечер на земле?Чьим зовом я пленен?Лег на дорогу свет ночнойИ полосы теней.Родился месяц молодой, —Услышу от людей.Для них, как прежде, сторонойПрошел один из дней.