Графиня де Монсоро. Том 1

– Да, верно, я забыл, что было потом.
– Обмануть меня! Мерзавец! Он заставил меня поверить в смерть женщины…
– Которую он у вас украл. Действительно, подлый поступок, – заметил Бюсси, не скрывая иронии. – Но у господина де Монсоро есть оправдание – он полюбил.
– Ты думаешь? – сказал принц с недоброй улыбкой.
– Проклятие! – ответил Бюсси. – По этому поводу у меня нет своего мнения. Я думаю так, если вы так думаете.
– Что бы ты сделал на моем месте? Нет, погоди, сначала расскажи, как действовал он.
– Он уверил отца молодой девушки в том, что вы были ее похитителем. Он предложил ему свои услуги и явился в замок Боже с письмом от барона де Меридор. Он подъехал в лодке под окна замка и увез с собой пленницу. А потом запер ее в том доме, который вы знаете, и запугиваниями вынудил сочетаться с ним браком.
– Разве это не подлое вероломство? – вскричал герцог.
– Да, но прикрытое вашим собственным вероломством, – ответил Бюсси со своей обычной смелостью.
– Ах, Бюсси… Ты увидишь, сумею ли я отомстить.
– Вам, мстить? Полноте, монсеньер, вы не унизитесь до мести.
– Почему?
– Принцы не мстят, монсеньер, они карают. Вы обличите этого Монсоро в подлости, и вы его покараете.
– Каким образом?
– Сделав счастливой Диану де Меридор.
– Разве это в моих силах?
– Конечно.
– Ну, а что можно сделать?
– Вернуть ей свободу.
– Ну-ка, объяснись.
– Нет ничего проще. Бракосочетание было насильственным, – следовательно, оно не действительно.
– Ты прав.
– Прикажите расторгнуть брак, и вы поступите, монсеньер, как настоящий дворянин и как благородный принц.
– Вот оно что! – сказал подозрительный принц. – Смотрите, какой пыл! Так ты и сам заинтересован в этом деле, Бюсси?
– Я-то? Да меньше всего на свете. Я заинтересован только в одном, монсеньер, чтобы про меня не могли сказать: вот Луи де Клермон, граф де Бюсси, который служит вероломному принцу и бесчестному человеку.
– Ну хорошо, ты увидишь. Но как расторгнуть этот брак?
– Очень легко. Стоит только обратиться к отцу.
– Барону де Меридор?
– Да.
– Но ведь он в глубине Анжу.
– Он здесь, монсеньер, то есть в Париже.
– У тебя?
– Нет, возле своей дочери. Поговорите с ним, монсеньер, пусть он поймет, что может рассчитывать на вас; пусть он увидит в вашем высочестве не того, кого он видел до сих пор, – не врага, а покровителя, и тогда он, ныне проклинающий ваше имя, будет вас обожать, как своего доброго гения.
– Это могущественный сеньор в своей округе, – сказал герцог, – и уверяют, что он пользуется большим влиянием во всей провинции.
– Все так, монсеньер, но не об этом вам следует думать прежде всего; прежде всего он – отец, чья дочь попала в беду, и он несчастен несчастьями своей дочери, – И когда я смогу его увидеть?
– Как только вернетесь в Париж.
– Хорошо.
– Значит, мы об всем договорились, монсеньер?
– Да.
– Слово дворянина?
– Слово принца.
– А когда вы отправляетесь?
– Нынче вечером. Ты меня подождешь?
– Нет, я поеду вперед.
– Поезжай и будь готов.
– К вашим услугам, монсеньер. Где я найду ваше высочество?
– На утреннем туалете короля, завтра около полудня.
– Я там буду, монсеньер. Прощайте.
Бюсси не потерял ни секунды, и дорогу, которую герцог проделает, дремля в карете, за пятнадцать часов, он одолел за пять. С сердцем, переполненным любовью и счастьем, он мчался, чтобы как можно раньше успокоить барона, которому обещал помощь, и Диану, которой возвращал половину жизни.
Глава 34.
О ТОМ, КАК ШИКО ВЕРНУЛСЯ В ЛУВР И КАК ЕГО ПРИНЯЛ КОРОЛЬ ГЕНРИХ III
Пробило еще только одиннадцать часов утра, и весь Лувр был погружен в сон. Часовые во дворе старались шагать бесшумно, всадники, сменявшие посты, ехали шагом.
Король, утомленный вчерашним паломничеством, спал, и никто не осмеливался нарушить его сон.
Два человека одновременно подъехали к главным воротам Лувра. Один восседал на свежайшем берберском жеребце, другой – на взмыленном андалузском коне. Они остановились перед воротами и невольно взглянули друг на друга, так как, прибыв с двух прямо противоположных направлений, они столкнулись лицом к лицу.
– Господин де Шико! – воскликнул тот из приезжих, кто был помоложе, склоняясь в учтивом поклоне. – Как поживаете?
– А, сеньор де Бюсси! Как нельзя лучше, сударь, – ответил Шико с непринужденностью и вежливостью настоящего дворянина, тогда как приветствие Бюсси обличало в нем большого и хорошо воспитанного вельможу.
– Вы приехали поприсутствовать на утреннем туалете короля, сударь? – осведомился Бюсси.
– И вы тоже, как я предполагаю?
– Нет, я хочу засвидетельствовать почтение монсеньеру герцогу Анжуйскому. Вы же знаете, господин де Шико, – улыбаясь, добавил Бюсси, – я не имею счастья принадлежать к любимцам его величества.
– В этом следовало бы упрекнуть короля, а не вас, сударь.
Бюсси поклонился.
– Вы вернулись издалека? – спросил он. – Я слышал, что вы путешествуете.
– Да, сударь, я охотился, – ответил Шико. – Ну, а вы, вы тоже путешествовали?
– Да, я побывал в провинции. Ну, а теперь, сударь, – продолжал Бюсси, – не соблаговолите ли вы оказать мне одну услугу?
– Даже не спрашивайте. Всякий раз, когда господин де Бюсси обращается ко мне с просьбой, какова бы она ни была, – сказал Шико, – он оказывает мне высочайшую честь.
– Отлично. Вас пропустят в луврские палаты – вы человек привилегированный, ну, а я останусь в приемной, будьте так любезны, предупредите герцога Анжуйского, что я его ожидаю.
– Если монсеньер герцог Анжуйский в Лувре, – сказал Шико, – он непременно будет присутствовать на утреннем туалете его величества. Почему бы вам, сударь, не пройти туда вместе со мной?
– Я боюсь увидеть недовольное лицо короля.
– Вот как!
– Проклятие, он до сего дня не балует меня своими милыми улыбками.
– Будьте спокойны, скоро все это переменится.
– Ах, так вы предсказываете будущее, господин де Шико?
– Иногда занимаюсь. Не унывайте, господин де Бюсси. Пойдемте.
Они вошли в Лувр и там расстались: один направился в покои короля, другой – в апартаменты, занимаемые монсеньером герцогом Анжуйским, в которых раньше, как мы, кажется, уже говорили, обитала королева Маргарита.