Карло Гольдони. Комедии_Карло Гоцци. Сказки для театра_Витторио Альфьери. Трагедии

(Уходит.)
Калаф
 
 
Слуга был прав, когда предупреждал
 
Меня о привиденьях. Но Скирина
 
Священной клятвой предо мной поклялась, —
 
Что мой отец в Пекине и что мать
 
Скончалась. Надо верить: ведь повсюду
 
Несчастия преследуют меня…
 
 
(Вглядывается во вторую дверь комнаты.)
 
 
Однако, — вот другое привиденье.
 
Посмотрим, что ему угодно.
 
 
  
Явление седьмое
 
 
Калаф, Зелима.
 
Зелима
 
 
Принц,
 
Я к вам от Турандот, ее рабыня.
 
Я потайными пробралась путями,
 
Которые доступны для принцессы,
 
И принесла вам радостную весть.
 
 
Калаф
 
 
О, если б так! Но только я далек
 
От мысли льстить себя такой надеждой.
 
Уж слишком жестко сердце Турандот.
 
 
Зелима
 
 
Вы правы, господин, не отрицаю.
 
Но, видно, вы в ней первый пробудили
 
Такие чувства. Вам мои слова
 
Должны, конечно, показаться ложью.
 
Принцесса до сих пор еще твердит,
 
Что ненавидит вас, да я-то вижу,
 
Что любит вас она. Пускай земля
 
Разверзнется и пусть меня поглотит,
 
Когда она не любит вас.
 
 
Калаф
 
 
Так, так.
 
Я верю. Весть счастливая. Затем?
 
 
Зелима
 
 
Ведь все отчаянье принцессы только
 
От гордости. Она давно призналась,
 
Что слишком непосильную задачу
 
Взяла она на завтра пред Диваном
 
И что смертельным может оказаться
 
Ее смущенье. Трудно после стольких
 
Побед, пускай жестоких, оказаться
 
Посмешищем всего народа. Пусть
 
Я провалюсь на этом месте, если
 
Сказала вам неправду.
 
 
Калаф
 
 
Ну, зачем,
 
Не накликай себе таких несчастий,
 
Я верю и без клятв. Иди скорей
 
К своей принцессе и скажи, что я
 
Согласен отказаться от затеи
 
И для нее гораздо лучше будет,
 
Без дальних опытов, пойти навстречу
 
Влеченью сердца, попросту признав,
 
Что это сердце милости доступно
 
И что она отдать мне согласилась
 
Любимую и дорогую руку,
 
Чтобы, по воле старого отца,
 
Спасти страну, влюбленного утешить.
 
Ты это и хотела предложить?
 
 
Зелима
 
 
Нет, господин, мы думали иначе.
 
Простите слабость женскую. Принцесса
 
О милости вас просит, чтобы ей
 
Спасти в Диване призрачную славу,
 
Назвавши имена. Затем она
 
Покинет трон в порыве благородном
 
И руку вам свою отдаст навеки,
 
Мы здесь одни. И вам завоевать
 
Принцессы сердце многого не стоит.
 
Вы нежную получите супругу,
 
Не оскорбленную, и не насильно.
 
 
Калаф
 
(с улыбкой)
 
 
А в заключение последней речи
 
Прибавь свои обычные слова.
 
 
Зелима
 
 
Какие, господин, слова?
 
 
Калаф
 
 
 «Пускай
 
Я провалюсь на этом месте, если
 
Сказала вам неправду».
 
 
Зелима
 
 
Неужели
 
Вы сомневаетесь, что это правда?
 
 
Калаф
 
 
Отчасти сомневаюсь. И сомненье
 
Мое настолько сильно, что тебе
 
Я должен отказать. Иди к принцессе,
 
Скажи, что я прошу меня любить,
 
Но в именах ей должен отказать
 
Лишь от избытка чувств, а не в обиду.
 
 
Зелима
(смело)
 
 
Ты, неразумный! Разве ты не знаешь,
 
Как дорого ты можешь заплатить,
 
Ответив так?
 
 
Калаф
 
 
Пускай ценою жизни.
 
 
Зелима
(строго)
 
 
Так и заплатишь!
 
 
(В сторону.)
 
 
Все напрасно было.
 
 
(Сердито уходит.)
Калаф
 
 
Смешные привиденья… Но слова
 
Скирины этой мне смутили душу.
 
О, мать моя несчастная… отец…
 
Душа, крепись. Теперь уже недолго;
 
Узнаю все, придет конец мученьям;
 
Прилечь, пожалуй…
 
 
(Садится на софу.)
 
 
Голова устала
 
От этих мыслей. Кажется, приходит
 
Сон благодатный тело укрепить.
 
 
(Засыпает.)
  
Явление восьмое
 
 
Спящий Калаф, Труффальдино.
 
Труффальдино потихоньку входит и говорит, что можно заработать два кошелька с золотом, — стоит только выпытать два имени у незнакомца, который, по счастию, спит. Что он купил за одно сольдо у неизвестного фокусника на площади чудесный корень мандрагоры {55}; если этот корень подложить спящему под голову, тот немедленно заговорит, и можно у него выспросить все, что угодно. Рассказывает по этому поводу поразительные случаи чудесного действия этого корня, о которых сообщил фокусник, и т. д. Тихонько подбирается к Калафу, подсовывает ему под голову корень, отходит назад, стоит и прислушивается, выкидывая разные смешные штуки.
 
Вместо ответа Калаф делает некоторые движения ногами и руками.
 
Труффальдино воображает, что движения эти красноречивы в силу действия корня мандрагоры. Ему приходит в голову мысль, что каждое движение означает определенную букву алфавита. По движениям Калафа он старается угадать буквы, комбинирует их и составляет, по своему разумению, странное и смешное имя; затем весело, в надежде, что ему удалось достигнуть цели, уходит.