Два доллара (СИ)

— Сеньоры, все предельно просто — американцам очень нужна победа! И обязательно утопить мой флагманский броненосец, а команду взять в плен. Так что гнаться за нами будут на пределе возможностей. На этом и основан мой план сражения — отряд контр-адмирала Вильямиля в сорока, максимум пятидесяти милях, до встречи остается два-три часа. Час убегаем, потом нас догонит вот эта парочка и вступит с нами в бой, чтобы сбить ход, а подоспевающие мониторы нас расстреляют в упор. Странно, но у нас тоже точно такой же план сражения — мы на отходе должны повредить вот эти два самых быстрых крейсера. Тогда они уже не убегут, когда подойдет «Бискайя». А «Колон» с «Нью-Орлеаном» легко догонят вражеские малые крейсера и нанесут им повреждения. Вот и все, но янки могут укрыться в гавани, тогда ночью атакуем их «ланча торпедеро» как это было в Сантьяго. Успех в этом бою означает одно — в Атлантике у янки не останется боевых кораблей, одни вооруженные пароходы, а это не противник! Вот и вся диспозиция, сеньоры! Нам нужно продержаться два часа, максимум три, не больше. Ожидаю, что каждый исполнит свой долг! К бою!
…Сергей Иванович спокойно смотрел с мостика за приближающимися вражескими крейсерами — те шли на максимальном ходу, и кочегары порядком вымотались за истекший час. Тем лучше, когда настанет час для бегства, уже будут уставшие порядком. Он наклонился, и прокричал с мостика:
— Вива Эспанья! Вива рей!
Радостный рев застывших у пушек матросов и столпившихся на мостике офицеров, был ему ответом. Теперь испанцы не являлись «мальчиками для битья» — они хорошо напрактиковались в стрельбе. Да и дух на высоте — ведь познали радость побед. А тут бой, возможно и последний в этой войне, а в такой час особенно выкладываются, без чувства отчаяния и обреченности. Чего нельзя сказать о противнике, который сделал последнюю ставку.
— Фуэго!
Башенные орудия рявкнули, отправив в полет два снаряда. Дистанция в тридцать кабельтовых, можно стрелять. Это американцам нужно сближаться, пока свои четырехдюймовые пушки задействуют, а это время под градом 127 мм снарядов американской же выделки.
— Есть, смотрите сеньоры! Мы попали!
Действительно, первый одиннадцати дюймовый снаряд поразил вражеский крейсер. И хоть фугас был начинен порохом, яркую вспышку разрыва на кормовой башне заметили все, радостно закричали. А затем последовало еще одно попадание, крайне удачное — в носовую скулу, чуть выше ватерлинии. А это уже крайне опасно для врага — ведь корабль не сможет держать высокую скорость хода, напор воды просто начнет вышибать переборки. И это хорошо, ведь на подходе броненосец «Бискайя», от него противнику уже не убежать. Так что следует «озаботится» вторым крейсером, ведь ему тоже нужно сбить ход, а то слишком резво бегает.
— Перенесите огонь на мателот, дон Виктор! Надо и в него попасть!
— Будет выполнено, сеньор альмиранте!
Отдав распоряжение, Конкас остался стоять за его спиной, и тут настил под ногами содрогнулся — первый разрыв восьмидюймового снаряда был весьма ощутимый. Сергей Иванович повернулся к капитану, хотел пошутить, но тут за спиной так шарахнуло, что его как пушинку просто снесло с мостика. Странно, но сознания не потерял, и видел себя летящего прямо на выпуклый броневой колпак носового барбета. А там последовал жуткий удар, и сознание тут же погрузилось в темноту…
Олха, 2024 год.
Продолжение «Три песо», скоро будет выставлено…
Испанский военно-морской орден Марии-Кристины, ныне упраздненный…