Высокое волшебство

И другие слова, как молитва, как просьба, как ответ, возникли у нее в душе:
МЫ БУДЕМ. ВСЕГДА.
И снова голос. Ее? Его?
ТОГДА В БЕЗОПАСНОСТИ БУДУТ МИРЫ ТАК ДОЛГО, СКОЛЬКО ВЫ БУДЕТЕ ПОМОГАТЬ ИМ. ВСЕГДА. КАЖДЫЙ ДЕНЬ, ЧАС, МГНОВЕНИЕ. ТЫ ПОКЛЯЛАСЬ!
«Да», – мысленно ответила она.
И вдруг поняла, что это уже мысль не только ее, но и Кита.
И свет вспыхнул опять. Свет на заднем дворе их дома. В вечерних сумерках тонул родной дом Ниты и Дайрин. И низко висела на западе вечерняя звезда. Из окон доносились голоса. Том и Карл все еще беседовали с отцом и матерью Каллахан. На вязе сидел пересмешник и забавно передразнивал голубую сойку, словно бы требуя круглых булочек:
– Кру-бу-бу! Кру-бу-бу!
Трое ребят поглядели друг на друга и вздохнули одновременно. Дайрин двинулась первой. Она обогнула дом, подошла к двери, рывком открыла ее и завопила:
– Эй, ма, эй, па, мы дома!
В доме начался кавардак.
– Кит нерешительно остановился в дверном проеме.
– Что мы скажем Тому? – спросил он.
– Правду. – Нита вспомнила жалкий комок ало-голубых перьев на зеркальной поверхности далекой планеты.
Они вошли в тот момент, когда Дайрин пай-девочкой обнимала и целовала мать и отца. Первые несколько минут потонули в шуме, слезах, беспорядочных восклицаниях и всхлипываниях. Потом ребята увидели устремленные на них вопрошающие глаза. Нита пожала плечами и усмехнулась про себя. Некоторым даже Волшебство надо объяснять.
Впрочем, суматоха вскоре прекратилась. Дайрин ловко выпуталась из этой сети вопросов и недоумений.
– Если я сейчас же не пойду в ванную, – сказала она, – то я взорвусь!
И она, напевая, направилась вверх по лестнице. На кофейном столике в гостиной преспокойненько стоял «Эппл». Нита переглянулась с Китом, и они, как обычно, уселись рядышком, чтобы принять на себя град вопросов, упреков и, конечно же, неумеренных восторгов.