Врачебные предписания
— Моя воля в состоянии управлять всем, что я вижу, — повторял он сам себе в лифте. — Я сам хозяин своей судьбы и капитан своей души!
«Как бы сделать так, чтобы об этом узнали и пираты с Ориона?»
Он тихо засмеялся своим мыслям. Все сомнения легко объяснить — это сказала ему та часть рассудка, которая отвечала за вопросы психологии и психиатрии. После того, как на него внезапно обрушилась эта новая работа, об особенностях которой доктор знал только понаслышке, если вообще что-то знал, а с нею огромная ответственность за людские жизни — он сразу почувствовал себя как рыба, выброшенная на берег: вне собственного контроля и компетенции. Но в то же время он обладал одним большим преимуществом, выгодно отличавшим его от других.
Когда-то Маккою довелось побывать на лекции одного очень популярного в Звездном Флоте врача, который учил, как постоянно анализировать свое собственное поведение — за обедом, в беседах, во время дружеских попоек, решая тем самым конкретные вопросы, — что и как в тебе в определенный момент сработало. С тех пор Маккой тоже старался проецировать все на себя — и обсуждаемое с Джимом тоже. Причем, скорее всего подсознательно. Они часто играли с капитаном в шахматы: сам процесс игры казался доктору более полезным, чем анализ уже сыгранной партии, так как давал опыт поиска и использования тактико-стратегических приемов, как говорится, из первых рук. Маккой относился к игре как к важному диагностическому инструменту, особенно полезному в данном случае, так как речь шла о спасении не только собственной жизни.
«Только бы сохранить ясность мысли. Я капитан своей души! К сожалению, я еще и командир этого дурацкого корабля. А это несколько опаснее и вовлекает намного больше людей… Надо сохранять спокойствие, ввязавшись в это дело, и постараться сделать все, от нас зависящее…» Двери мостика распахнулись перед ним, но никто даже не взглянул в его сторону. Все вели наблюдение за собственными мониторами, следили за состоянием своего корабля, а также других, находящихся поблизости.
Маккой прошел и сел в свое кресло. На экране «Энтерпрайз» с успехом продвигался по своей параболе. Пиратский корабль, однако, совсем исчез с их экранов.
— Куда они могли подеваться? — спросил доктор.
— Неясно, — ответил Спок. Маккой вдруг ощутил неприятную тяжесть под ложечкой. — Возможно, они приняли какие-то электронные контрмеры против нас.
— Что? Электронный плащ-невидимка?
— Возможно.
— Чудесно! Это именно то, что нам было нужно. Где им удалось его раздобыть?
— Возможно, они купили его по дешевке у ромуланов, которые сейчас избавляются от всяких старых технологий, — предложил Зулу. — Если это плащ «старой модели», то нам не стоит очень беспокоиться. Способы его опознания известны, и как только мы получим возможность включить наши сканеры на полную мощность, то без проблем обнаружим пиратский корабль.
— Что-то случилось?
— Небольшой технический сбой, доктор, — ответил Спок, не отрываясь от своей консоли. — Вышел из строя один из наших четырех сканеров. Группа из инженерного отдела производит сейчас его замену. Работа займет около получаса. После этого надо эксплуатировать его с большой осторожностью. Мы не имеем возможности провести его тестирование на максимальной мощности, рискуя быть обнаруженными кораблем Ориона. Маккой вздохнул.
— Сколько им еще осталось?
— Они уже сделали примерно половину работы, — ответил Скотта. — Я могу спуститься и узнать точнее, но в этом мало смысла. Обычная техническая замена, не требующая творческой мысли. Быстрее все равно не получится.
— Пусть работают, — согласился Маккой и обратился к Ухуре. — На каком этапе подготовка буя?
— Почти готов, — ответила она. — Хотите переговорить с мистером Споком в отношении курса? Маккой покачал головой.
— Спок, я надеюсь на вашу компетентность в этом вопросе. Тот насмешливо посмотрел на доктора.
— Возможно, это историческое решение. Во всяком случае, первое такого рода — это уж точно. Маккой ухмыльнулся.
— Не ожидайте от меня, что я буду столь же любезен при вашем очередном медицинском осмотре. Продолжайте работу. Обеспечьте Ухуру всем необходимым. Я хочу, чтобы эта штука была выброшена вот здесь. Мы можем изменить наш курс после этого мероприятия, не так ли?
— Я бы не стал этого делать, — сказал Спок, — Такой переход может быть замечен, и тогда возникнет подозрение, что мы где-то поблизости организовали ловушку.
— Согласен… Сделаем это попозже. Зулу, а где наши друзья с Клингона?
— Три дополнительных корабля Клингона все еще находятся за пределами этого экрана, а именно правее, — начал Зулу. — «Эккава» затаилась, мы думаем, она где-то здесь, — он показал место неподалеку от «Энтерпрайза». — Время для встречи настанет примерно минут через двадцать. Маккой потер ладони одна о другую.
— Неплохо. Выбрасываем буй вот здесь. Ухура?
— Все готово.
— Отцепляйте его.
— Есть.
Эта операция прошла совершенно бесшумно, и на экране монитора появилась еще одна точка, быстро двигавшаяся в направлении пересечения орбит «Энтерпрайза» и «Эккавы».
— Думаю, что тридцати миль достаточно для того, чтобы наш буй успел обнаружить себя, прежде чем мы пошлем ему команду начать свои «призывы о помощи», — сказала Ухура. — Этого будет достаточно, чтобы буй заметили на корабле Ориона и поспешили бы на его «призыв». Надеюсь, они немедленно развернутся и помчатся с максимальной скоростью… — Она взглянула на Спока. — Это примерно девяносто тысяч километров в час, по моим расчетам. Какую-то часть скорости они потеряют при маневре. Это займет у них около шести минут на изменение курса и еще восемь минут на то, чтобы добраться до места.
— И разбить буй вдребезги, — добавил Маккой, — полагая, что стреляют в наш корабль.
— Однако, сканирование с близкого расстояния позволит им выяснить, что это не «Энтерпрайз», — сказал Спок. — Но стрелять они все равно будут, хотя бы для того, чтобы заставить буй замолчать. Далее, не увидев нас, они могут предположить, что мы тоже «накрылись» электронным плащом и находимся где-то поблизости. Пираты могут знать или не знать о возможности обнаружения такого рода «плащей», которые мы используем как собственные изобретения. Но в любом случае, им наверняка придет мысль пострелять поблизости наудачу. Если они в «плаще», то им придется на время стрельбы этот «плащ» снять. А как только они «разденутся» и увлекутся своим занятием…
— Мы сможем немножко пострелять сами, — закончил фразу Маккой и, поднявшись, подошел к Споку. — Что могут сообщить результаты сканирования?
— Оно в разгаре.
«Но дела идут не так быстро, как бы ты хотел», — подумал доктор. На экране монитора Спока было изображение пиратского корабля.
— Неуклюжее и уродливое создание, — пробормотал Маккой. — Похож на кирпич, покрытый засохшими макаронами. Чего стоят все эти трубки и трубочки!
— Могу заметить, что эстетика не является самой волнующей проблемой для пиратов с Ориона, — произнес Спок и повернул свой дисплей чуть в сторону. — Смотрите, доктор. Вот эта поверхность, точнее узкая полоса, по-видимому, вооружена не столь сильно, как другие. Об этом говорят данные спектрографии. Может, конструктивный дефект? Окончательно все выяснится только в бою.
— Ваши данные просто сводят меня с ума от счастья, — иронически сказал Маккой.
— Я тоже не в восторге от них, — добавил Спок. — Но жаловаться сейчас не имеет смысла. Пока будем надеяться, что эта часть корабля может нам дать хоть какой-то шанс. Также с этой стороны находятся двери входа-выхода для космических челноков — их корабли так же, как и «Энтерпрайз», не рассчитаны на приземление. В пиратских набегах для захвата награбленного им вполне хватает челноков. Все эти двери являются неплохими мишенями — они довольно тонкие и легкие, иначе их было бы невозможно открыть, Но с другой стороны, это должно быть известно и специалистам по вооружению на Орионе, и наверняка там защитные экраны мощнее, чем в других частях корабля. Боюсь, что все наши теории придется проверять в деле. Маккой вздохнул.