Повести рассказы. Стихотворения. Поэмы. Драмы
Пауза.
Так решай сейчас же:Ты или я.АнтейКогда б имел я силуИз сердца вырвать навсегда тебя,Как ядовитую змею, и броситьПод ноги римлянам!Нерисса (с отрывистым, злым смехом)Раз ты не можешь,Так должен покориться. И, пожалуй,Потом меня благодарить ты будешь.От слова своего не отступлюсь я,-Не ты, так я добыть сумею славу,Сегодня же. Достаточно ждала я.Антей (после тяжелого молчания)Так я пойду. Приятнее мне будетТам, среди римлян, чем с тобою здесь.НериссаИди. Но прежде надо с головыСнять ветки – неужели так пойдешь ты?Антей прикасается к голове, снимает лавры, с проникновенной тоской смотрит на них и молча кладет туда, где стояла Эвфрозина, когда надевала на него венок.
Голос Эвфрозины (раздается из глубины дома)Нерисса! Где Антей? Пора обедать!Уже большая оргия готова!Антей мгновенно бросается к калитке.
Нерисса (догоняя его)Куда же ты? Переодеться надо!АнтейПусти меня! Нас ищет Эвфрозина,А я не смею ей взглянуть в глаза.(Выбегает за калитку.)Эвфрозина (выходит из дверей)А где ж Антей?НериссаНа оргию пошел.Он приглашен сегодня к Меценату.ЭвфрозинаТы шутишь очень странно.НериссаНе шучу я.Вот там венок домашний вялых лавров,-Сегодня он нам свежий принесет,Приняв от знатоков…(Гордо подняв голову, уходит в дом.)Эвфрозина (хватаясь за голову)Так это правда?!II
В доме Мецената, потомка того знаменитого Мецената, который жил при Августе.
Большая, пышно убранная для оргии комната, разделенная аркой на две неравные части: в первой, меньшей (на переднем плане), поставлен триклиниум для хозяина дома – Мецената и двух самых почетных гостей – Прокуратора и Префекта, и устроен невысокий помост, застланный коврами, для выступления певцов, мимов и прочих артистов; в другой, большей (на заднем плане), много столов то с ложами вокруг – на греческий лад, то с табуретами – на римский, там сидят и возлежат гости разного положения и возраста, греки и римляне. Пир еще только начался и идет как-то вяло, видно, что гости еще мало знакомы между собой и чувствуют себя неловко перед взорами знатного триклиния, расположенного в основной части комнаты. На помосте хор панегиристов, среди них Xилон заканчивает пение.
Хор панегиристов (поет)Свет лишь от светаВечно родится,Так и пресветлыйРод МеценатаСветит лучами,ПереливаясьБлеском своим!Когда хор закончил петь, Меценат слегка кивнул головой корифею и сделал рукой жест, не то приказывающий, не то пригласительный, чтобы хористы заняли места на пире в задней части комнаты. Хор размещается за самыми дальними столами, в глубине. Рабы разносят напитки и яства, рабыни раздают цветы.
Меценат(движением пальца зовет раба-домоправителя)Пускай попрыгают немного мимы,Потом давай «бескостных» египтянок,Что будут делать фокусы с мечами,Но чтобы это все недолго длилось:Минуту-две даю для выступленья,И чтоб никто не смел являться дважды.(Прокуратору и Префекту.)Подумайте, и эти обезьяныНеравнодушны к славе: им похлопай -И трудно их потом согнать с помоста.Тем временем домоправитель вышел с поклоном, и на помосте стали появляться мимы, разыгрывая коротенькие фарсы без слов, акробатки-египтянки с мечами, жонглеры и жонглерки с пестрыми мечами и т. п. Гости награждают их хлопками, иногда бросают им цветы и лакомства. Мало обращая внимания на все это, Меценат и двое его почетных гостей беседуют между собой. Меценат чуть приглушенным голосом, Префект мерно, однотонно и несколько небрежно. Прокуратор громко и непринужденно.
МеценатВся эта оргия, признаться должен,Слегка напоминает царство тенейПеред Плутоновым триумвиратом.Вы не поверите, как я стараюсь,Чтоб одолеть немного эту дикостьИ недоверчивость, чтобы сплотитьВ одну семью две части населеньяКоринфского – и эллинов и римлян.ПрефектМой друг, и так ты многого добился:Завел прекрасный хор панегиристов,Такой и в Риме не всегда услышишь.Меценат (махнув рукой)Э, что это за хор!… Сказать по правде,Такой поэзии на кухне место,Объедки для нее – милей награда,Чем лавры… Я прошу у вас прощенья,Что жалким зрелищем вас угощаю.(Еще тише.)Пригодно это все лишь для толпы,-Но я в дальнейшем постараюсь дать вамИное нечто. Мне певца назвалиЧудесного. Не очень он прославлен,Но грекам в том позор, а не ему.Я покажу коринфянам, что нуженИм римлянин, чтоб оценить искусство,Иначе ни к чему искусство это.ПрокураторА скоро явится певец?МеценатНе знаю.Я пригласил его, но был ответМне не совсем понятен.ПрокураторВот еще!Их приглашать… ты просто б приказал!МеценатПриказывать никак тут не годится.Антей не раб, а вольный гражданин.ПрефектОн римский гражданин?МеценатО нет, конечно,Но все ж он рода честного. В КоринфеЕго семью глубоко уважают,Когда-то из нее герои вышли.ПрокураторУ этих греков все подряд герои!Кто в ссоре бросит миску через столИ в лоб соседу влепит – уже зовется Discobolos!… [64](Смеется.)Такие ж их поэты:Горация по-гречески испортит,И вот уже в венке лауреата!В Афинской академии ты купишьЛауреатов пару за обол -Один поэт, другой философ будет!Но все ж разумней – не давать обола.МеценатНе надо забывать, мой друг, что богиНеблагодарности не любят. Помни,Что римляне у греков обучались.ПрефектИзвестно, что негоден ученик,Когда учителя не превзойдет он.МеценатПусть так, но должен быть он благодарен.ПрефектРим щедро заплатил за ту науку:Он Греции покой дал и закон,Чего ей спокон веку не хватало.Прокуратор (в том же тоне)А Греция, прославленная школой,Рим научила только бабским сказкам,Религию подвергла поношеньюИ разумом вилять нас приучилаБез всякой цели, словно пес хвостом.И в этом вся наука. Больше грекиНе знали ничего, не сотворили.У них и языка нет своего!МеценатНу что ты! Почему же нет? Ты, друг,Нам говоришь неслыханные вещи.ПрокураторУ них был ионийский диалект,Аттический, еще какой, не знаю,-Что ни писатель, то другой язык,Но крепкого, устойчивого слова,Единого, всемирного, как наше,У греков сроду не бывало.МеценатВерно.ПрефектА их поэзия, скажу я честно,Не стоит ничего в сравненье с нашей.Изящества Горация достигнутьГрек не сумел и никогда не сможет.МеценатА все же уважать родную речьНас грек учил. Поэзии латинскойОтец – не римлянин, а пленный грек.ПрокураторОн речь господ усвоить был обязан,А господин имел важнее дело,Чем речь родную превращать в трохеи.Префект (Меценату)Но ты, мой друг, не станешь уверять,Что этот стих не выглядел дубовым,А тот язык сплошным уродством не был?МеценатКто знает, друг мой, чем была та искра,Что людям принесла огонь на землю?Быть может, это уголек, чуть тлевший,А все же чтить ее нам надлежитИ прославлять титана Прометея,Хотя, возможно, был он просто вором.Прокуратор (Префекту, кивая на Мецената)Вот это плод от греческой науки!ПрефектНаш Меценат известный «грекофил»,-Еще возьмет и отделит от РимаКоринфскую республику!(Смеется.)ПрокураторТы шутишь,А Риму от такого грекофильстваВсе ж может выйти вред.МеценатНе беспокойся,Учительница старая ведь знает,Что ей при дряхлости нужна опора;Когда бы, рассердись, отвергнул РимЕе, она бы закричала: «Гибну!»ПрефектИ все же прав наш друг: вред несомненен.Заигрыванье наше с чужакамиУже нас привело к тому, что мыВ каких-то варваров преобразились,Напичкавшись «латынью африканской»От «римских граждан», только черномазы.МеценатНу что ж, без варваров не обойтись нам:Ведь обновлять необходимо кровь,Трудом испорченную и пирами.Хотел бы ты, чтоб наши все народыВсегда по-варварски бы говорили?Едва ли то прибавит славы Риму!ПрокураторПускай молчат, пока не овладеютКак следует латынью!МеценатТрудновато!Овладевать произношеньем молча -И Демосфен того бы не добился.ПрокураторТак что же делать?МеценатТо же, что и я:Учите милостью, дарами даже,Всех знатных чужеземцев Рим любить.Кто любит, тот становится подобенЛюбимому и телом и душою.ПрокураторНу, ты совсем размяк от грекофильства!Хотел бы знать, как ты бы собиралС них подати лишь «милостью с дарами»?Вот много бы собрал!Меценат (смеясь)Ну, тут я долженСложить оружие.Сильней ты в этом.Раб-атриензий (входит)Пришел певец Антей.МеценатЗови сюда.Постой! Когда он петь начнет, я знакПодам,- пускай танцовщицы выходятСюда, но ты смотри, чтобы не раньше!Иди и точно выполняй.Атриензий выходит.РабыМне постоянно портят распорядок.Им не понять, что оргия – не скачки.Антей (у порога)Привет вам, достославные.МеценатПривет!Поближе подойди. Любимцу музыСтоять не подобает у порога.